В этой книге ты погруешься в глубины стычки между директрисой и подчиненной, где эмоции переплетаются с юмором, а каждый удар укора резко меняет мир героинь. Проникаясь остротой их конфликтов и отчаянной решимостью восстановить справедливость, читатель окунется в жаркое и непредсказуемое подобие драмы, где любовь и разумные призывы не могут одолеть соблазнительное противостояние....
И дураку понятно, кого она там представляла, пока натирала своим задом мои яйца. Хорошо, всё-таки, что не потрахались и не потрахаемся. Было бы стрёмно после процесса узнать, что она представляла на моем месте другого.
— И что там насчет доброго дела, Михаил Захарович? Когда я смогу его сделать? Я очень хочу сделать вам что-нибудь приятное.
Господи, Маруся! Нельзя разбрасываться такими словами в компании старого извращенца. У тебя очки треснут, когда ты узнаешь, что мне нужно для того, чтобы стало приятно.
— Сделаешь, — кивнул я скорее своим мыслям, нежели ее готовности помочь. — Завтра вечером жди моего звонка.
— Хорошо. А что мы будем делать?
— Ничего особенного. Нужно будет твое присутствие. Буквально минут на пять-десять.
— Хорошо. Мне как раз нужно утром ненадолго в школу, а вечером я смогу вам помочь столько сколько нужно.
— Вот и договорились, Маруся.
Глава 14. Михаил
— Всё готово?
— Спецы подъезжают к месту. Наши парни здесь на периметре, стараются не светится.
— Любой хрен в такое время в плохо освещенном парке подозрителен. Сидите тихо. Сейчас моя «уточка» прилетит.
Сбросил звонок и снова набрал Марусю.
— Да, Михаил Захарович, я уже подхожу. Представляете, на остановку раньше случайно вышла. Мы точно в парке встречаемся? Я ничего не перепутала? — дышала она тяжело. Явно отнеслась ответственно к моей просьбе и спешила.
— Точно, Марина Олеговна.
— Ладно. Только вы побыстрее давайте. А-то вы попросили меня одеться, как я обычно в школу одеваюсь, а в юбке в такой мороз и почти ночью холодно. А еще очень страшно, — добавила Маруся уже шепотом. — Говорят, что в этом парке орудует маньяка. Правда, его, вроде недавно поймали, но всё равно не по себе здесь находиться.
— Не волнуйся, Марина Олеговна.
— А что такого важного мы должны с вами сделать в этом парке почти в полночь? Смахивает, будто мы обряд какой-то собрались провести. Религиозный, — хохотнула Маруся.
— Да, почти. Сейчас найду девственницу и приведу ее для обряда. Ладно, мне тут пора перестраиваться, иначе пробку создам. Погуляй там немного, сейчас приду.
— Хорошо, — ответила меня Маруся слегка дрогнувшим голосом, явно войдя в парк.
