Но доказательств нет…
Помощник нотариуса Изабелла Юрьевна пришла домой, сбросила неудобные туфли и переобулась в мягкие домашние тапочки с пушистыми меховыми помпонами.
Вместе с туфлями и строгим деловым костюмом Изабелла сбросила свой повседневный облик, облик занудной сухопарой стервы, огрызающейся на подчиненных, строгой с клиентами, преданной своему шефу и неукоснительно выполняющей каждое его распоряжение. Она смыла сдержанную дневную косметику, распустила тугой узел волос, мазнула по губам яркой помадой, на бегу приготовила огромный бутерброд, включила электрический чайник и устремилась к компьютеру.
Вечера Изабелла Юрьевна проводила в социальной сети, где под именем Белокурой Беллы рассказывала о своих поразительных эротических похождениях и делилась вымышленными постельными успехами, в ответ выслушивая такие же откровения от своих сетевых знакомых.
Но на этот раз вечерним планам не суждено было осуществиться: экран компьютера в самый неподходящий момент погас.
Изабелла тупо уставилась в черное зеркало экрана, а потом сообразила, что оранжевый огонек на электрическом чайнике тоже погас, и вообще, света в квартире нет.
Перспективы были самые безрадостные – просидеть весь вечер в темноте, без горячей пищи (плита у нее была тоже электрическая), а самое главное – без любимого компьютера, без ежевечерней порции виртуальных приключений…
Изабелла Юрьевна не сложила руки. Она была женщина одинокая, а следовательно – самостоятельная.
Первым делом, выйдя в коридор, она открыла электрический щиток и проверила предохранители.
Предохранители были в порядке.
Дальше технические навыки Изабеллы были бессильны, и пришлось обращаться за помощью.
Изабелла набрала телефон диспетчера ТСЖ и сообщила, что у нее в квартире нет электричества.
Диспетчер, скандальная особа средних лет, в первую очередь поинтересовалась, оплачены ли у Изабеллы счета за коммунальные услуги.
– Разумеется, оплачены! – фыркнула Изабелла. – И при чем здесь счета, если у меня электричества нет?
– Известно, при чем! – сухо отрезала диспетчер. – Некоторые тоже звонят, жалуются, а сами по несколько месяцев за квартиру не платят. Вон девяносто четвертая квартира полгода не платит!
– Я вас попрошу! – возмущенно процедила Изабелла.