Внутри королевского замка Филипп проклинал своего деда Николая, чьи магические искусства принесли столько горя. Но не будучи в состоянии закончить сказку, он утратил контроль над доспехами и силами магии. Теперь они действуют по собственной воле, но Филипп все еще управляет ими, надеясь уничтожить последний враг — камень, способный разрушить мир....
И на третьем курсе на нашу со всех сторон положительную, умненькую и красивую Шурочку обращают внимание наши с тобой, Петрович, коллеги из Корпуса и ведут до получения будущей баронессой красного диплома. И уже во время начала прохождения Шурочкой ординатуры нашей юной лепилке поступает предложение, подкупающее своей новизной. Короче, вербанули коллеги ее конкретно, втянули в тесные ряды рыцарей плаща и кинжала нашу синеокую красотулю да научили всякому. Тем более Шура наша немецким владела на уровне носителя языка еще с детства, а в английском, французском, итальянском и испанском ее натаскали еще в Смольном.
— Впечатляет, — буркнул тот. — Прямо завлекательное начало бульварного романа. Но почему-то мне кажется, что Шурочка до Туркменистана не доехала, а всплыла где-нибудь в Германии.
"— В Польше она всплыла, Петрович, — хмыкнул «худощавый». — И тут же занялась срочным восстановлением многочисленных родственных связей с тамошними немцами. А через год, как ты и предполагал, наша лепилка перебралась в Германию, устроившись по протекции родни врачом в одну из самых престижных клиник Берлина. В клинике Шурочка тоже не терялась — работала не за звонкую марку, а за совесть, и в кратчайшие сроки сумела сделать себе репутацию как в медицинских, так и в светских кругах, хворые выходцы из которых в большом количестве посещали ту самую клинику.
