Внутри королевского замка Филипп проклинал своего деда Николая, чьи магические искусства принесли столько горя. Но не будучи в состоянии закончить сказку, он утратил контроль над доспехами и силами магии. Теперь они действуют по собственной воле, но Филипп все еще управляет ими, надеясь уничтожить последний враг — камень, способный разрушить мир....
— Он открыл папку и показал генералу две выписки. — Соответственно, их будем проверять первыми.
Нарышкин кивнул и крикнул водителю:
— Сначала заедем к Винницкому.
Полковник вместо ответа изобразил пальцами знак «Ок», давая понять, что все понял, а я мысленно ухмыльнулся: Ванюша поступил весьма просто и элегантно, легализуя мою информацию — «мы кое-что оперативно пробили» должно было отлично вписаться в имидж всемогущей и непогрешимой Тайной канцелярии.
Аэропорт Тегель, расположенный всего в двенадцати километрах от центра Берлина, мы покинули без особых проблем и выехали на совершенно незагруженную по ночному времени трассу.
— Алексей Александрович, — отвлек меня от созерцания видов Нарышкин, — можем построить маршрут так, чтобы проехать через Бранденбургские ворота. Простите, но к расположенному недалеко от ворот Рейхстагу приближаться не будем — слишком уж там много камер.
Я глянул в сторону Кузьмина, который, подумав пару секунд, кивнул.
— Конечно, Алексей Петрович, давайте проедем через ворота.
Генерал тут же пересел ближе к полковнику-водителю, и они негромко стали обсуждать изменения в маршруте.
* * *
— Понял, проедем через Бранденбургские ворота… — кивнул полковник, не отрывая взгляда от дороги. — Алексей, а молодой человек… это тот, о ком я подумал?
— Не понимаю, о чем ты, Женя… — улыбнулся генерал, прекрасно видя отражение лица своего заместителя в зеркале заднего вида.
— А этот дерзкий в кепке из Канцелярии? — И, так и не дождавшись ответа, продолжил: — Если все настолько серьезно, предлагаю машину парковать не у дома Винницкого, а у… Короче, знаю я там одно тихое местечко.
— Именно это я тебе и хотел предложить, Женя, — кивнул Нарышкин.
* * *
Примерно через десять минут последовало предупреждение Нарышкина:
— Подъезжаем. Ворота будут справа по ходу движения.
