Внутри королевского замка Филипп проклинал своего деда Николая, чьи магические искусства принесли столько горя. Но не будучи в состоянии закончить сказку, он утратил контроль над доспехами и силами магии. Теперь они действуют по собственной воле, но Филипп все еще управляет ими, надеясь уничтожить последний враг — камень, способный разрушить мир....
— Какие будут предположения относительно личности девушки? — раздраженно протянул Людовик.
— Не могу знать, государь, — вытянулся Бланзак, предпочтя оставить свои догадки при себе. — Это может быть кто угодно — от элитной эскортницы из Монако до любой из девушек из свиты принца.
Король отчетливо хмыкнул:
— С самого момента прилета в Монако принц демонстрировал прямо образец целомудрия… в известном смысле, конечно же… а тут вдруг сорвался! — Людовик опять хмыкнул и, подумав, решил больше не развивать эту скользкую тему с представителем своих спецслужб: — Больницу, в которую этих итальянцев отвезли, на контроль взяли?
— Конечно, государь.
— Держи меня в курсе. Можешь быть свободен.
А когда за Бланзаком закрылась дверь, король повернулся к сыну:
— Версию с эскортницей можно отбросить сразу. Русскую девушку из своей свиты Алексей тоже бы в сопровождении охраны никуда не повез, так что остается только одна кандидатура… — он многозначительно посмотрел на сына.
Тот обозначил грустную улыбку:
— Именно… Норвежская принцесса Соня, которая постоянно находится рядом с принцем все последнее время.
Король кивнул:
— Или Романовы уже сговорились с норвежцами, или находятся в процессе, но в любом случае принципиальная договоренность между ними достигнута. — Он вздохнул. — Получается, выдать замуж за Алексея нашу Стефанию теперь точно не получится.
— Согласен, — поморщился наследник.
— Парочка мыслей в голове крутится… — протянул задумчиво Людовик-старший. — Но мне не дает покоя выбор Романовых. В большую и светлую любовь я давно верить перестал, значит, норвежцы предложили русским то, от чего последние не смогли отказаться. Что это может быть?
— Согласен — от этого союза, на первый взгляд, приобретают только Ольденбургские, а вот Романовы… Может, дело все-таки в Соне?
Король Франции долго молчал, потом вскочил с кресла и направился к рабочему столу.
— Бланзак далеко ушел?
— Вернуть, государь? — ответил адъютант.
— Срочно!
Людовик-младший кивнул:
— Действительно, за Ольденбургскими необходимо установить дополнительный контроль. Только вот как на это прореагирует младший Романов?
Король отмахнулся:
— Решим.
