Молодой князь Пожарский обладает уникальным даром защиты, но лишён способности к нападению. Перед ним встаёт выбор между спокойной студенческой жизнью и опасной службой в жандармском корпусе. Какой путь выберет герой — тихое существование или служение высшей цели?
Я же сделал вид, что намёка не понял, а все остальные похмыкали и продолжили наблюдать за транспортировкой Юсупова. Через минуту к нам подошли Орловы, Шереметьевы и Геловани. Чуть позже присоединились злорадствующие Куракины с Вяземскими, Трубецкими и Лопухиными.
— Может здесь останемся, славяне? — громко спросил кто-то. — Ну, её, Бутырку! Всегда успеем!
Все посмеялись, но ко входу в тюрьму послушно пошли, дождавшись, наконец, когда сын закатит Юсупова внутрь на его «козырных колёсах»…"
"На воротах стоял радушно улыбающийся Цесаревич, здоровавшийся со всеми по очереди. Мой номер был «шесть», как бы выразился Прохор, так что заходил я в Бутырку чуть ли не последним, пропуская вперёд старших по возрасту аристократов. Одни Орловы пытались меня пропихнуть вперёд, но я сделал Ивану Васильевичу с Григорием Васильевичем страшное лицо и пропустил их. С папашей обменялись крепким рукопожатием и любезными улыбками. Князя Пожарского вместе с дядькой Григорием я заметил уже внутри, они успели зайти до Юсуповых.
А во внутреннем дворе Бутырки, временно переоборудованном под пати с накрытым фуршетом и симфонической группой из четырёх скрипачей, трёх виолончелистов, двух альтистов и одного контрабасиста, наигрывающих бодрую классическую музыку, всех встречали Романовы, во главе с Императором и Императрицей, одетой в светлое платье и шляпку. Романовы, как и мы все, были в смокингах и бабочках.
Николай Третий как раз пытался пообщаться с князем Юсуповым — он, нагнувшись, бил по щекам князя Юсупова, и интересовался:
— Витюша, ты с нами? Ты понимаешь, где находишься? Ну и перегарище!
А в ответ раздавались какие-то невнятные звуки и мычание, пока князь, пытаясь размахивать вытянутыми вперёд загипсованными конечностями с делориевыми наручниками (от греха подальше!), не выдал:
Мимо тещиного дома,
Я без шуток не хожу.
То ей х…й в забор просуну,
То ей жопу покажу.
Наблюдавшие со стороны аристократы еле сдерживали смех, пока сам Император не улыбнулся.
— Понятно… — отсмеявшись, протянул он, и сделал знак приблизиться сотрудникам Тайной канцелярии, расположившимся по стенам. — Этого, — указал Император на князя, — в «холодную», пока не протрезвеет. А ты, — он обратился к Наследнику Юсуповых, — пока останешься. Отца потом заберёшь.
Князя Юсупова сноровисто укатили, а Главы Родов с Наследниками, наконец, смогли поприветствовать членов Императорского Рода, а я прибился к деду, князю Пожарскому, и дядьке Григорию.
— Жёстко ты с Василичем.
