В гостиной квартиры юного княжества разгораются дебаты. Виталий Борисович Пафнутьев из высоких чинов Тайной канцелярии ищет подтверждения вины Алексея, пока воспитатель молодого князя, Прохор Белобородов, убеждает его в правоте выводов.
— Он тут много чего другим наобещал…
— Разберёмся. — отмахнулась Гримальди, не сводя взгляда с Петрова.
Очередные разборки по поводу очередного же портрета пера Петрова прервало появление на входе Великих княжон, но всё прошло без какой-либо помпы — просто мы все встали и поприветствовали их. Маша быстро «представила» меня Варе, а потом уже мне, как хозяину вечера, пришлось взять в свои руки обязанности по знакомству:
— Ваши Императорские высочества, позвольте вам представить её светлость Кристину Гримальди, принцессу Монако!
— Ваша светлость!
— Ваши Императорские высочества!
— Ваши Императорские высочества, с Великой княжной Марией мой друг, Александр, знаком.
— Александр! — важно кивает Варя.
— Ваше Императорское высочество, княжна Варвара! — мой друг кланяется.
— Для вас Варя, Александр.
— Почту за честь, Варя! — Александр кланяется повторно.
Слава богу, протокол соблюдён! И мы спокойно занимаем места за столом. Какое-то время мы с Сашей и Андреем потратили на наполнение бокалов вином, Вариного — морсом, а потом уже девушки поухаживали за нами, раскладывая по тарелкам салатики.
Две знакомых мне Валькирии уже заняли стол недалеко от нас и общались с официантом.
— Кристина, как вам Россия? — осведомилась Маша, севшая рядом с Андреем Долгоруким.
— Всё замечательно, Ваше Императорское высочество!
— Мария.
— Я в восторге, Маша!
И Кристина начала описывать свои впечатления от Москвы, Санкт-Петербурга, Нижнего Новгорода и других городов, где она успела побывать за два с лишним года. Потом разговор плавно перешёл на тему учёбы Гримальди в Суриковке и закончился её словами:
— Вот, с Александром познакомилась. Надеюсь, и он меня ещё чему-нибудь научит.
— Ага, научит… — хмыкнула Шереметьева. — Наш Александр портрет князя Пожарского с понедельника писать начинает.
Обе Романовы посмотрели на меня с лёгкой завистью.
— Да не этого, а Михаила Николаевича. — пояснила Аня. — Маша, ты же сама должна помнить, дед Алексея ещё тогда, в галерее, это говорил.
— Теперь вспомнила. — кивнула Великая княжна.
Тут ко мне обратилась Варя:
— Алексей, а помнишь, Маша с тобой и Михаилом Николаевичем на выставку Хмельницкого у нас, в Кремле, договаривалась? И Александра хотели пригласить.
