В палате Императора, напряжение кипит как никогда ранее. Белобородов ставит под угрозу доверие к Михалычу, воспитателю Алексея Невский, вызывая опасение среди ближайших сановников. Лишь Пафнутьев сохраняет спокойствие, предвкушая неизвестность, что может подвести и вытянуть из сложной ситуаций....
Да и последнее предложение двоюродного брата хоть и звучало довольно-таки пафосно для молодёжи — как же, у них появлялась возможность спросить с Императора и Цесаревича, — но на деле осуществить это было практически нереально. Уж кто-кто, а Владимир Николаевич знал это чуть ли не лучше всех присутствующих. Но деваться Великому князю было некуда, он, к сожалению, поставил не на ту лошадку, точнее, поддался уговорам Марии Фёдоровны, которая сама, вон, тихонько «обтекала» в своём уголке. Но главную свою задачу на Совете Владимир Николаевич выполнил — обоснованные претензии к Алексею озвучил и предложение о наказании обозначил, сохранив таким образом своё лицо и лицо сыновей, а с остальным можно было разобраться и позже.
— Хорошо, родичи, — кивнул Император, — мы с Александром согласны на такие условия. Голосование требуется? Отлично. Тогда я, в силу наличия конфликта интересов, предлагаю временно передать должность председателя Совета Александру Александровичу, чтобы именно он озвучил Алексею Александровичу ваше решение.
Возражений, понятно, не последовало. Великий князь встал и кивнул Императору:
— Спасибо, Государь, это для меня огромная честь. Родичи, спасибо за оказанное доверие. — теперь он кивнул уже всем остальным. — Саша, — обратился временный председатель к Цесаревичу, — не мог ты позвать Алексея?
* * *Моё ожидание перед дверьми зала затянулось, что отнюдь не способствовало душевному равновесию. Очень хотелось, чтобы всё закончилось здесь и сейчас, правильно говорят — хуже всего ждать да догонять… Хоть дед и успокоил меня своими последними словами о том, что наказание совсем не обязательно будет в виде военного училища, а если кто-нибудь предложит ещё что-нибудь похлеще? А я об этом узнаю только по факту? В конце концов, я решил мысленно плюнуть на это всё, налил себе в стакан лимонада, принесённого специально для меня официантом, и, погрузившись в спасительное безмыслие, уставился в окно, любуясь красотами парка.
— Алексей, пойдём. Всё нормально, не волнуйся.
К моему немалому удивлению, в зале ко мне обратился не Император, а стоявший рядом со своим стулом, Великий князь Александр Александрович:
— Алексей Александрович, вы готовы выслушать решение Совета Рода?
— Готов, Александр Александрович. — кивнул я и внутренне напрягся.
— Хорошо. Решение таково.
