В палате Императора, напряжение кипит как никогда ранее. Белобородов ставит под угрозу доверие к Михалычу, воспитателю Алексея Невский, вызывая опасение среди ближайших сановников. Лишь Пафнутьев сохраняет спокойствие, предвкушая неизвестность, что может подвести и вытянуть из сложной ситуаций....
— Засёк. Но ничего не скажу.
— И не надо, момент упущен. — вздохнул колдун. — Пока ты валялся, я поиск отменил и приказал сворачиваться.
— Что за фантом?
— Энергетический двойник. — устало ответил Лебедев. — Не напрягайся, я тебе потом все подробности изложу. Всё, езжай домой, Прохору привет.
По дороге набрал Вику и сообщил, что живой и скоро буду. Попросил освободить Прохора, на что девушка мне сказала, что Михееву уже звонил Цесаревич, мой воспитатель освобождён и ждёт меня в отвратительном настроении. Когда же я оказался в нашей гостиной, Прохор многозначительно глянул на Михеева с Вяземской, а когда они ушли, заявил мне:
— Будем считать всё произошедшее трогательной заботой воспитанника о своём воспитателе.
— Договорились. — с облегчением кивнул я.
— И ты был прав. Из того, что мне успел рассказал твой отец, получается какая-то непонятная ерунда. Что Лебедев говорит?
— Договорились с ним встретится в воскресенье. Вот сам у него и поинтересуешься.
— А сам что думаешь? — прищурился Прохор.
— Не знаю. — пожал я плечами. — Иван, как мне кажется, знал о засаде, и решил нас подразнить. А может и вообще всё это сам устроил…
— Зачем ему это? — спросил воспитатель.
— Ты же с ним дружил. — хмыкнул я. — Ты мне и скажи.
— Мало информации для анализа. Надо будет этот вопрос с Борисычем и Николаичем обкашлять… — задумался он.
— Я спать, Прохор. Спокойной ночи.
— Спокойной. — на автомате кивнул он, даже не посмотрев в мою сторону.
* * *Около двух часов ночи, когда большинство дел, взваленных на него Императором, были решены, а соответствующие бумаги разобраны, Цесаревич развалился в кресле с бокалом коньяка.
— Слушаю.
— Доброй ночи, Саша.
Цесаревич вскочил и отставил коньяк — уж слишком знакомы были ему обертона этого голоса.
— И тебе, Ваня. — Цесаревич выскочил в приёмную и знаками показал дежурному адъютанту, что надо отследить звонящего.
— Саша, не пытайся отследить номер, это дохлый трюк. — услышал он в трубке. — Давай лучше поговорим, как взрослые люди. Как там Алексей? Уверен, у твоего сына всё в порядке.
— И зачем ты, Ваня, с моим сыном такие вещи делаешь? — Александр вернулся в кабинет, не забыв плотно притворить дверь. — Алексей уже второй раз по твоей вине сознание теряет. Я ведь могу и обидеться. И Государь тоже.
— Саша, я не узнаю тебя! — притворно вздохнул в трубку колдун.
