В кабинете канцелярии царил мрачный воздух — тишина подавляла, словно гнетущая пелена сковало каждое дыхание. Вокруг только бумаги и чернил, а Викуся смотрела на меня с ненавистью в глазах. Страшное замешательство и межведомственная тяжба — вот каким был мир за стенами этого уютного кабинета....
— Саша, может тебе действительно развеяться и поучаствовать в какой-нибудь полицейской операции? — поинтересовался я. — Заодно и жизненные приоритеты для себя расставишь. Типа, будет тебе во всей красе борьба добра со злом, правды с ложью, справедливости с общественными устоями? Хочешь?
Он опустил голову и долго думал, после чего кивнул.
— Я займусь. — сказала Вика. — Володя, поможешь? — она посмотрела на Михеева.
— Сделаем. — ухмыльнулся тот. — Такого каждый день в Москве навалом.
В спальне мы с Викой оказались уже во втором часу ночи, и я сразу же был брошен на кровать:
— Романов, гадина, какого хрена ты без меня на войнушку уезжаешь?
— Викуся, ты же остаешься устои охранять! — я улыбался.
— Ты гад, Романов! Мог бы и подсуетиться насчет меня! Но ты этого не сделал! — Вика нависла надо мной. — Будешь отрабатывать. И сейчас, и по возвращению. Не слышу ответа, курсант?..
— Как скажете, госпожа штаб-ротмистр.
— Четче!
— Язык не поворачивается, госпожа штаб-ротмистр. Ваш сосок мешается…
— Ладно, курсант, продолжай… Потом отрепетируем командирский голос…
* * *— Сука! Мразь! Тварь! — Иван не выдержал и вскочил.
— Вот ты мне и скажи. — невозмутимо ответил Цесаревич. — И давай побыстрее, меня дочки ждут.
— А я откуда знаю? — Иван сел в свое кресло и задумался. — У меня вариант один. И он тебе не понравится.
— Говори уже.
— Какого хрена вы с Государем опубликовали запись боя царевича с этими еб@ными Никпаями? — вызверился Иван. — По секрету всему свету, бл@дь? Похвастаться захотели?
От колдуна повеяло жутью, но Александр остался невозмутим:
— Я пока выводов нужных не слышу, Ванюша. Одна истерика присутствует.
— Выводы, бл@дь? — жуть никуда не исчезла. — Да вы же засветили царевича перед всеми заинтересованными лицами! И не заинтересованными тоже! И дочь мою подставили заодно!
— Короче, Ванюша! — Цесаревич повысил голос.
— Твою же!.. — колдун опять вскочил и заходил между столами. — Выводы ему подавай!.. — он повернулся в сторону кухни и рявкнул. — Человек! — из дверей кухни на полусогнутых появился официант. — Водки графин неси. — уже спокойней приказал колдун. — И закуски. — после чего сел обратно в кресло. — Саша, а выводы тебя не обрадуют. Совсем.
— Говори.
