В кабинете канцелярии царил мрачный воздух — тишина подавляла, словно гнетущая пелена сковало каждое дыхание. Вокруг только бумаги и чернил, а Викуся смотрела на меня с ненавистью в глазах. Страшное замешательство и межведомственная тяжба — вот каким был мир за стенами этого уютного кабинета....
А моя обязанность сделать так, чтоб у моих бойцов такая возможность была. У тебя, Лешка, прости за резкость, детство в жопе до сих пор играет. Покуражиться ему захотелось…"
"— Что есть, то есть. Отрицать не буду. — кивнул я. — А как же творческий подход, отработка новейших приемов в тактике и стратегии? Или таковых нет? — и решил «добить» его. — Наконец, тренировка методов полевого допроса в боевых условиях на доступном человеческом материале? Я бы, например, с удовольствием кого-нибудь экстренно допросил… в лучших традициях Тайной канцелярии.
Улыбка Литвиненко становилась все шире и шире, он даже бросил следить за ходом боя и сосредоточил все свое внимание на нашей беседе.
— Лешка, ты начинаешь меня пугать и настораживать. — вздохнул дядька. — Прекращай подобные разговоры в моем присутствии, маньяк малолетний. Потрошения ему захотелось… В бумагах я этого нигде отражать не буду, но отцу твоему на тебя пожалуюсь. Как и твоему деду Михаилу. Все, не мешай, я на службе. И следи за происходящим внизу, тебе еще отчет писать.
— Скучный ты, дядька… — только и оставалось вздохнуть мне.
Дядька же, не обратив внимания на мои последние слова, продолжил следить за ходом боя, а мы с Литвиненко уселись рядом, прямо на камни, и тоже продолжили наблюдать за боем — отчеты, бл@дь, еще никто не отменял.
Минут через двадцать гвардейцами были подавлены последние очаги сопротивления, проведен контроль, и группы начали стягиваться в условленное место.
— Вертушку я вам вызвал. — сказал нам дядька, когда мы тоже начали спускаться с горы.
— Тебе тоже, Михалыч.
* * *По прилету в городок, после обеда, Прохор нам приказал ложиться спать — операция планировалась ближе к вечеру. Вот этот приказ воспитателя мы выполнили с огромным удовольствием и с готовностью улеглись в койки.
Подъем, как всегда, был неожиданным…
Перед вылетом Цесаревич устроил краткий инструктаж:
— По информации Пограничной службы, верхушка Никпаев сейчас находится в одном их своих загородных домов. Общая их численность составляет порядка тридцати человек. Более точных данных добыть не удалось, у пограничников приказ не приближаться к дому ближе, чем на три километра — есть серьезные основания считать, что среди Никпаев может быть колдун.
