В кабинете канцелярии царил мрачный воздух — тишина подавляла, словно гнетущая пелена сковало каждое дыхание. Вокруг только бумаги и чернил, а Викуся смотрела на меня с ненавистью в глазах. Страшное замешательство и межведомственная тяжба — вот каким был мир за стенами этого уютного кабинета....
— Тут грохот… Ну, я и рванул в сторону нападавших… Стихии было применять нельзя, сами понимаете, в парке могли быть посторонние люди, мамашки с колясками или с маленькими детьми… — мои друзья согласно закивали. — Выход у меня оставался только один, тот, который вы на той записи видели… А потом, когда удостоверился, что в округе никого нет, на адреналине и сжёг этих тварей… — я показательно тяжело вздохнул и опустил голову.
А когда поднял, обратил внимание, что у девушек глаза на мокром месте, а Андрей сидел нахмурившись.
— Лёш… — продолжила Анна. — А что ты чувствовал?
— Сначала за сестёр испугался, а потом настроил себя на работу, как на тренировках… Когда всё закончилось и адреналин схлынул, сразу же побежал к Машке с Варькой… Убедившись, что с ними все в порядке, окончательно успокоился.
— А ваш разговор с дядей Сашей в «Избе»?.
— Как? — не сразу понял я.
— «Собакам — собачья смерть». — на полном серьёзе ответила Анна.
— Можешь и так назвать. — пожал плечами я. — Это название полностью отражает суть произошедшего. И не забудь в своей статье упомянуть, что именно члены Рода Никпаев тогда детей в заложники взяли.
— Сделаю — кивнула она уже с задумчивым видом, явно мысленно накидывая план статьи у себя в голове.
В десять обещанных минут мы конечно же не уложились, зато Шереметьева получила от меня всю интересующую её информацию, и был шанс на то, что если она меня и побеспокоит по этому поводу, то только для того, чтобы уточнить какие-то мелочи.
— Анечка, — обратился я к ней, — мне и правда надо ехать. Уже опаздываю. Если возникнут какие-то вопросы, ты звони, не стесняйся. Если не буду отвечать, то обязательно перезвоню.
— Хорошо, Лёша… — кивнула она.
Я встал из-за стола и сказал на прощание:
— До вечера! И помним, друзья, что мы сегодня представляем Свету молодого дворянина Александра Петрова.
— Мы помним. — заверили они меня.
* * *В Жуковку я добрался в пятом часу вечера. Мой дед, князь Пожарский, отец и оба Петровы уже были на месте. Как я понял, свои извинения Государь планировал принести в том же зале, где проходил Совет Рода, а пока мы ожидали туда вызова, расположившись в одной из многочисленных гостиных дворца Романовых.
