В кабинете канцелярии царил мрачный воздух — тишина подавляла, словно гнетущая пелена сковало каждое дыхание. Вокруг только бумаги и чернил, а Викуся смотрела на меня с ненавистью в глазах. Страшное замешательство и межведомственная тяжба — вот каким был мир за стенами этого уютного кабинета....
— А чтобы ты с учебой справилась еще лучше, для тебя у меня тоже будет… нет, не подарок, а предложение. Если я к князю Юсупову в среду на ужин напрошусь, это не нарушит никаких его планов?
На лице Инги непроизвольно появилось выражение радости, но девушка очень быстро «взяла себя в руки» и с достоинством ответила:
— Я узнаю у деда, Алексей, не занят ли у него вечер среды. Думаю, сегодня, до конца учебы, я дам тебе ответ.
— Спасибо, Инга. Буду ждать ответа с нетерпением. — кивнул я, заметив краем глаза, с какой досадой Наталья Долгорукая смотрит на брата.
Да и Аня Шереметьева не выглядела довольной. Правильно отец сказал, этих мы любим, а этих нет, и меня точно ждут долгие и скучные вечера в обществе пока только Главных Родов. А там и Рода помельче калибром подтянутся, которых я и буду к папаше с их приглашениями отправлять…
Но Инга успокаиваться не собиралась:
— Алексей, до нас тут дошли тревожные слухи, что в ближайшее время некий художник Петров будет очень занят.
— Мне нечем вас обрадовать, красавицы… — громко вздохнул я и развел руками.
Девушки явно расстроились, а меня поддержал Андрей Долгорукий:
— Вам еще об этом Михаил Николаевич Пожарский говорил. — усмехнулся он. — И намекал, что деньги на портрет надо будет копить. А уж сейчас, красавицы, вам точно придется к родителям за необходимой суммой обращаться. Но чего не сделаешь, чтобы прикоснуться к великому искусству! — Андрей подмигнул мне и с довольным видом посмотрел на сестру и ее подружек.
К моему удивлению, за девушек ответила Шереметьева:
— А еще мы помогали Петрова в Свет вводить… — она улыбалась. — И сейчас продолжим его в Свете поддерживать. Несмотря на возникшие… обстоятельства. Так что, Лешка, за тобой должок…
— Девушки, отработаю. — серьезно кивнул я, признавая этот вполне справедливый упрек в свою сторону.
