Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
— Не учи отца, царевич…
Буквально через десять секунд Ванюша кивнул:
— Укатали сивку крутые горки. Что делать собираешься?
— Не я, а ты. Проследи, пожалуйста, чтобы Анна сегодня ночью хорошенько выспалась.
— Не вопрос. Что-то еще?
— Не что-то еще, а самое главное: не я состояние Ани заметил, а Соня.
Колдун на это только хмыкнул:
— Знахарки, они такие, царевич, специально на подобное заточены, да и болячки всякие лучше нас с тобой видят, — он опять хмыкнул. — Что, царевич, зацепила тебя норвежка?
— С чего ты взял? — криво улыбнулся я.
— Красивая, из правильной семьи, с загадочными способностями, — начал загибать пальцы колдун. — Короче, полный джентльменский набор, чтобы молодой человек вроде тебя погрузился в водоворот порочных страстей. И подход у Соньки к тебе правильный, со стороны это хорошо видно.
— Какой еще подход?
— А она с тобой ведет себя естественно, царевич, и не пытается что-то из себя строить. С остальными же… И господин Джай тому прямое подтверждение.
— Ванюша, — растянул я губы в улыбке, — на самом деле это к тебе норвежка неровно дышит, постоянно называя страшным мужчиной, и именно она присоветовала мне направить тебя присмотреть за Шереметьевой."
"— Ничего удивительного, царевич, — вяло отмахнулся он. — Знахарки всегда ко мне неровно дышали. А что касается этого милого прозвища… Ты ей лучше посоветуй на Прохора обратить пристальное внимание, она таких живодеров больше нигде не встретит. И про свою все расширяющуюся коллекцию черепушек расскажи, чтобы заранее знала, с кем жить придется, — он резко посерьезнел и поклонился: — Алексей Александрович, хорошего вечера…
* * *
И опять на приеме во дворце Гримальди представление прибывших глав родов и их наследников, и если с королем Польши мы просто раскланялись, то вот с остальными…
— Дорогие родственники! — буквально взревел на английском король Северных Штатов Америки Дональд Саксон-Кобург-Готский при приближении к нам, полностью наплевав на этикет.
Не обращая никакого внимания на князя Гримальди, американец заключил в объятия моего родителя, похлопывая того по спине ладонью, потом переключился на деда Володю и Колю с Сашей, я же оказался в железной хватке еще крепкого седого старика в последнюю очередь.
— Вот ты какой, внучок! — Дональд уже тряс меня за плечи. — Настоящий возмутитель спокойствия! Наша кровь! Одобряю! Готов Филиппу шею свернуть? — хохотнул он.
