Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
Заодно и отдохнем спокойно без девчонок и любимых старших родичей… Устрицы, лобстеры, омары, оригинально приготовленный морской окунь… Пляж, наконец, с водными мотоциклами… Решайтесь!
— Погнали!
Четыре Maserati без номеров и гербов, несущихся по извилистой трассе на огромных скоростях, не произвели на французских жандармов ровным счетом никакого впечатления — нас как будто не замечали! Зато на водительских местах «оторвались» все, и я в том числе! И в бухту мы прибыли в превосходном настроении и весьма проголодавшиеся от очередного выплеска адреналина.
Надежда на то, что удастся отдохнуть в некоем подобии уединения развеялись сразу — стоянка оказалась забита до отказа машинами с французскими, итальянскими, немецкими и испанскими номерами — и Аль-Нахайяны, которых знал персонал ресторана и близлежащей небольшой гостиницы, пошли договариваться о местах на отдельной парковке для сотрудников, огороженной цепью.
— Началось… — пробормотал Сашка Петров, мотнув головой в сторону убегавших на пляж двух мужчин, копавшихся до этого в багажнике «Ситроена».
— Пробьёмся, Шура, — отмахнулся я. — Не в первый раз.
Так и получилось — «мажорские тачки» были благополучно запаркованы на служебной стоянке и не мешали проезду других машин, мы под восторженные крики и поклоны отдыхающих спустились на пляж, где дружно закупились купальными плавками и шлепанцами, переоделись в предоставленной администрацией комнате, попрыгали на водные мотоциклы и погнали на них в море дальше нагуливать аппетит, заранее разместив в ресторане заказ.
Часа через полтора прямо на берегу наслаждались блюдами морской кухни.
— Что-то в этом есть! — вдруг заявил Георг Виндзор и хмыкнул: — Я имею в виду отдых в чисто мужской компании, когда точно знаешь, что по возвращении девушки на нас будут обижаться.
Мы дружно ухмыльнулись, а Александр решил добавить:"
"— Мы их еще, мерзавцы такие, на машинках красивых не покатали, за это вообще достойны самой суровой обструкции.
