Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
— Не поверят, — Багратион изобразил такое страдание на лице, что мы опять засмеялись. — Витя, дружище, ты просто обязан завтра дать мне машину, чтобы я хоть как-то реабилитировался перед Тамарой!
— И мне, — вздыхал Петров.
— Мою возьмешь, — махнул рукой я. — Моя самая красивая.
— Разве что…
— А потом на «Харлее» свою красавицу с ветерком покатаешь. Только придется принцессе Монако бандану, косуху в клепках и кожаные штаны надевать, иначе не будет нужной аутентичности байкерам Северной Америки.
— Чтобы Кристину из рода за аморальное поведение с позором выгнали? — Шурка хитро улыбался, а мы опять засмеялись. — Хотя лично меня подобный вариант полностью устроит…
И тут у нас стали пиликать уведомления о сообщениях — в очередной раз отличилась Аня Шереметьева, опубликовавшая статью о прибытии в Монако Виндзоров, Гогенцоллернов и Романовых. Еще одна отдельная статья посвящалась долгожданному визиту на Лазурный берег патриарха Русской православной церкви.
— Анечка прям расстаралась, — прокомментировал прочитанное Николай. — Я уже начинаю узнавать ее неповторимый стиль.
И действительно, Аня не занималась тупой перепечаткой статей под своим именем, она перерабатывала все поступающие к ней материалы, и делала это на высоком профессиональном уровне. О чем свидетельствовала и реакция на публикацию Георга с Вилли и Фрицем — молодые люди явно были знакомы с заготовками и с удовольствием перечитывали статьи о любимых родичах уже в третий раз.
В Монако вернулись в седьмом часу вечера, и отец меня тут же «обрадовал» новостью:
— Савойские пожаловали…
* * *
— Итак, подведем промежуточные итоги, — царственный дед встал из кресла и подошел к балконной двери. — Благодаря дерзкому поведению Николая, Александра и, конечно же, Алексея и отличной подготовительной работе Миши Пожарского, моего сына Александра и брата Владимира, мне в кратчайшие сроки удалось решить ряд сложных вопросов.
Я кивнул, а дед Михаил, сидевший по своему обыкновению чуть в сторонке от Романовых, махнул рукой.
