Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
В Монако мы возвращались не то чтобы в дурном настроении, но и веселья в машине не наблюдалось…
В отель поднимались из подземного гаража — на Золотой площади продолжали «дежурить» все новые и новые мои поклонники, приезжавшие, со слов французов, со всей Европы.
— Через пару дней начнем их разгонять и ставить на дорогах блокпосты, — рассказывал нам Людовик уже в конференц-зале, — как раз к приезду остальных королей и императоров. Так что не переживайте, в Монако будет спокойно. Сейчас же предлагаю перейти к другим насущным делам.
«Ба! Какие люди и без охраны! Наш старый знакомый!» — успеваю подумать я и тут же краем глаза замечаю красноречивый взгляд старшего Нарышкина, брошенный в мою сторону. Киваю генералу, мол, намек понял, и получаю ответный кивок.
Ну ладно, поглядим-посмотрим, что на этот раз нарыла французская разведка…"
"Доклад Бланзака, как и в прошлый раз на яхте, сопровождался показом слайдов и фотографий с соответствующими комментариями, а целью предстоящей операции объявлялось показательное наказание личного состава базы совместными силами французов и русских.
— Никаких трупов, дамы и господа, — добавил в конце выступления своего сотрудника разведки Людовик. — Швейцарцы тоже во время своих акций не оставили ни одного трупа, заранее предупреждая администрации горнолыжных курортов о сходе лавин, вот и мы не будем уподобляться разным там дикарям и тоже проявим благородство… Вопросы?
— У меня вопрос, государь, — поднялся я.
— Слушаю.
— Государь, я не буду спрашивать, почему французская сторона не хочет организовать пару-тройку ответных акций на территории Швейцарии или просто не нанесет ракетный удар по базе диверсантов.
