Ренье терпеливо отвечал на вопросы Альберта: — Кровавый бунт не закончился, и русские уж точно не уйдут без боя. А почему же ты не волнуешься за Николая? Ему пришлось пережить много премиров от Романовых старших... — Не беспокойся, Альберт, сейчас он занят стратегическим совещанием с другими Великими Сынами и матерями России. Они уже выработали идеальный план действий....
Еще и характер твой проклятый с неспособностью подчиняться кому-либо… Короче, царевич, один в поле не воин, или одна голова хорошо, а две лучше…
Очередные витийствования Кузьмина прервал родитель:
— Лешка, ты понял, на что именно мы намекаем?
— У меня были все вводные, — вздохнул я, — но мне не удалось их связать воедино. В отличие от меня, вы все опытные, умные и со специализированным образованием. Хорошо, признаю — мне без вас просто никуда. Отец, так что за тип на фото? Неужели «контролер»? И надо ли мне прямо сейчас… провести опознание этой твари?
— А почему, думаешь, мы на яхте сидим, а не в отеле? Отвечая же на твой вопрос, что за тип на фото, то нам не удалось установить его настоящие данные, в итальянском посольстве он числился замещающим офицером безопасности под вымышленным именем, однако указанный персонаж неоднократно ранее был замечен у наших западных границ под разными псевдонимами, и есть стойкое убеждение, что он имеет самое прямое отношение к католическим орденам.
Кузьмин не удержался и буркнул:
— Кто бы сомневался…
— И я про тоже, — кивнул родитель. — Теперь, Лешка, я предлагаю тебе поведать присутствующим о том, о чем мы с тобой вскользь успели поговорить сегодня во время завтрака в Женеве, а уж потом… проведем процедуру опознания. Сынок?
Доложившись о том, что прошлой ночью случайно настроился на «контролера», услышал авторитетное мнение Кузьмина, совпадающее с моим:
— Судя по всему, дело мы имеем с высококлассным специалистом, а потому будем исходить из того, что он тебя, царевич, однозначно засек.
