В темном военном бараке воздух напоминал сырость и жару одновременно. Кто-то пробудился слишком поздно, ругаясь и бряцая оружием — началась война. Здесь вроде бы было все как всегда: сонные шорохи, тихий храп соседа, непрекращающийся звук каретного колеса у ворот. Но сейчас каждый звук означал жизнь или смерть....
И демонстративно повернулся к Прохору, продолжив уже торжественным тоном:
– Господин Белобородов, в очередной раз признаю и вашу победу в поединке, и ваше подавляющее превосходство во владении холодным оружием!
Ранбар неуклюже поклонился Прохору, тот церемонно согнулся в ответ:
– Мне в очередной раз повезло, ваше высочество!
– Не говори глупостей, дружище! – хмыкнул принц. – Надеюсь, за оставшееся время нашего совместного пребывания на Лазурном берегу ты дашь мне несколько уроков?
– Как будет угодно вашему высочеству! – Прохор обозначил поклон.
– Отлично! – И Ранбар повернулся к японскому принцу: – Акихито, ты не передумал?.. – и многозначительно кивнул в сторону Прохора.
Внешне малоэмоциональный Акихито растянул губы в улыбке:
– Возможность сразиться со столь искусным противником будет для меня честью! – И кивнул Прохору. Получив ответный поклон, он продолжил: – Только я не повторю твоей ошибки, Ранбар, и хорошенько разогреюсь.
"«Посторонние» в некотором недоумении смотрели, как японский бесфамильный принц снимает с Сингха браслеты, надевает их себе на запястья, отходит в сторону и начинает активно «разогреваться» с катаной, которую он поднял с бетона еще после падения Ранбара. Прохор же в это время совместно с корабельным доктором еще раз осторожно ощупывал ногу индийского принца, прося того ею вертеть, наступать и сгибать.
– Николай, – индийский король привлек внимание своего русского «коллеги» по опасному бизнесу, – надеюсь, ты не обижаешься на меня за… это досадное недоразумение? Сын все-таки…
– Гулаб, я тебя как отец прекрасно понимаю! – расплылся в улыбке мой царственный дед. – Какие могут быть обиды между нами? Лучше давай вернемся на яхту и закрепим взаимопонимание коньяком?
– Иду.
Ранбар на яхту идти отказался и заявил, что будет судьей у Прохора и Акихито.
– В твоем-то состоянии? – хмурился король. – Не говори глупостей, калека!
– Меня Ваня подлечит, – кивнул принц в сторону Кузьмина. – Ваня, ты же поможешь старому боевому товарищу?
– Конечно, ваше высочество! – поклонился тот.
