В темном военном бараке воздух напоминал сырость и жару одновременно. Кто-то пробудился слишком поздно, ругаясь и бряцая оружием — началась война. Здесь вроде бы было все как всегда: сонные шорохи, тихий храп соседа, непрекращающийся звук каретного колеса у ворот. Но сейчас каждый звук означал жизнь или смерть....
Темп…
Поиск облика баронессы…
А направление, оказывается, я выбрал верное и, с улыбкой реагируя на вежливые кивки и заинтересованные взгляды европейских аристо, через минуту оказался перед ярко-голубыми очами Александры фон Мольтке. Громкое озвучивание просьбы родителя и других наследников не заняло много времени, положительный ответ с соответствующими восторгами по поводу оказанной высокой чести – тоже, и не скрывающая своего ликования баронесса под завистливыми взглядами окружающих попросила меня отпустить её из театра, ссылаясь на необходимость личной скрупулёзной проверки готовности ресторана к приёму высоких гостей.
– Алексей Александрович, – томно улыбалась она мне, – не поймите меня превратно, но позволено ли мне будет попросить номер вашего телефона? Вдруг мне понадобится что-то у вас уточнить по поводу меню или развлекательной программы? Да и вы можете взять мой номер, чтобы не пользоваться услугами посредников…
– Записывайте, Александра, – улыбнулся я и продиктовал номер.
Сообщив родителю об успешно проведённых переговорах, решил, в свою очередь, поинтересоваться:
– А ты что-нибудь придумал?
– Я-то придумал, – хмыкнул он. – Но, как ты сам должен понимать, инициатива должна исходить только и исключительно от объекта сердечного интереса нашей баронессы, то есть от тебя.
– Заинтриговал…
«Оперное афтерпати» тем временем продолжалось, собравшиеся аристо активно общались друг с другом в тёплой и дружественной обстановке, а меня с братьями вызвали к себе государь с государыней, решившие дать нам последние наставления перед предстоящим посещением ресторана:
– Так, молодые люди, – оглядел нас царственный дед, – довожу до вашего сведенья, что завтра, во второй половине дня, в Монако прилетают Сан Саныч и Пётр Саныч с вашими, – дед выразительно глянул на Колю и Сашу, – с вашими родителями.
Братья расстроенно кивнули:
– Помолвка…
– Так точно! – хмыкнул император и повернулся ко мне: – К тебе это тоже относится, Алексей, твои ближайшие родичи у нас давно в наличии. Кстати, заодно и Петрова сосватаем.
