В темном военном бараке воздух напоминал сырость и жару одновременно. Кто-то пробудился слишком поздно, ругаясь и бряцая оружием — началась война. Здесь вроде бы было все как всегда: сонные шорохи, тихий храп соседа, непрекращающийся звук каретного колеса у ворот. Но сейчас каждый звук означал жизнь или смерть....
Лично я с этим мнением полностью согласен…
Обида резко сменилась любопытством:
– Я так и знала! Обещай, что после помолвки ты мне всё расскажешь, и тогда я не пойду в ресторан!
– Обещаю, – вздохнул я. – Но без подробностей.
– Договорились!
Закончив разговор с Соней, я несколько расслабился и дал себе зарок – в будущем в подобные игры с чувствами близких мне людей не играть, иначе себя уважать перестану…
***"
"К ресторану из театра мы подъехали практически в одиннадцать часов вечера и тут же оценили старания рода Бурбон – цепь из жандармов в форме надёжно отрезала нас от собравшихся зевак, привлечённых скоплением лимузинов с самыми разнообразными гербами на дверях.
Пока заходили представители русской молодёжи, оглядел сам ресторан и остался несколько разочарован – нет, дело было не в интерьере, а в том количестве гостей, которые оказались на вечеринке.
