Что предлагаешь делать? — спросил высокопоставленный чиновник у своего приближенного. В ответ послышался ровный голос человека, внешне ничем не примечательного. Это был доклад каждой недели, но его смысл оказался в другом - подталкивание к нужным решениям с помощью ученика МИУ, который теперь будет легко контролироваться. Власть стремилась сохранить стабильность, но всё было не так просто......
— Завтра на базу в Ясенево приезжать не надо, машина за вами с Белобородовым прибудет в восемь утра. Будут учения, максимально приближенныё к боевым. Вы меня слышите, князь?
— Да, Иван Васильевич. — я подал голос.
— И ещё, Алексей Александрович… Моя просьба может прозвучать странно, но оденьтесь как мажор.
— Простите?.. — не понял я.
— Помоднее, короче! Не знаю, как у молодёжи сейчас это называется! — Орлов начал раздражаться. — Поняли?
— Да, Иван Васильевич. — усмехнулся я. — Шмотки подберу, не переживайте.
— До завтра. — буркнул полковник и положил трубку.
Я опять сделал шаг в сторону Долгорукого, но телефон снова зазвонил. На этот раз абонентом значилась Вяземская Вика.
— Слушаю. — осторожно ответил я.
— Пожарский, скотина! — начала выговаривать она мне в трубку злым голосом. — Я буду убивать тебя медленно и мучительно, чтобы в полной мере насладиться твоими страданиями! Я выпью каждую капельку твоей крови, я сломаю каждую твою косточку и порву все сухожилия! Ты будешь умолять меня прикончить тебя, но я останусь глуха к твоим молитвам! — дальше шло особенно красочное описание того, как она уделит особое внимание моим половыми органами, от которого меня всего передёрнуло.
— Всё? — поинтересовался я.
— Всё. — уже спокойно ответила она. — Почему не сказал, что снова в Корпусе?
— Сюрприз тебе хотел сделать. — хмыкнул я. — Прости.
— Отработаешь, Пожарский! — заверила она меня. — Завтра на эту тему поговорим.
— Меня тоже.
— Понятно… — протянула она, но, вдруг, оживилась. — Что оденешь?
— Не знаю ещё, не думал. Тем более, что я не дома. — ответил я.
— Светская жизнь, да, Пожарский? — хмыкнула Вика.
— Можно и так сказать.
— За мной завтра машина придёт, в восемь утра, — сообщила девушка мне, и продолжила безапелляционным тоном.
— Договорились. — покорно согласился я.
— Целую, Пожарский! — и в трубке раздались сигналы отбоя.
Когда я вернулся к Долгорукому, ужин для меня уже был накрыт.
— Андрей, извини! С этими звонками…
— Садись уже! — махнул он рукой. — Я всё понимаю.
Пока я ужинал, Андрей с кем-то переписывался в телефоне.
