Автор
В кафе на грязной синей стене светила тусклый дневной свет. Вокруг царила невеселая тишина - ни московских ледяных шквов, ни городской тревоги. Я сидела и наблюдала за тем, как Ленка Горбунова смотрит в окно, словно пытается увидеть нечто заморское между рядами проезжающих машин, пронизанных летними сумерками....
– Извини, Глашенька, – тараторила Катерина, – знаешь, я всегда вас поджидаю, просто на секунду отошла, тут до тебя Алена Лапина подъехала, так я ее повела…
Глафира покраснела.
– Кто?
– Лапина, – растерянно повторила Катя, – наша звезда, Алена. Она перед тобой поет.
Глафира покачалась с пятки на носок, потом вдруг взвизгнула:
– Танька, уматываем, шагай к машине.
Ничего не понимая, я подхватила поставленный было на пол портплед.
– Глашечка, – засуетилась Катя, – что случилось?
– Значит, Лапина звезда, а я – так, дерьмо на лопате?
– Что ты! Господи, как такое могло тебе в голову прийти?
– Ее встречают, а я стой у закрытой двери!!!
– Глашечка, ну прости, я бежала тебя встречать сломя голову!
– Не похоже, что ты слишком торопилась.
– Глашенька! Леня, Игорь, быстро ведите звезду в гримерку! – заорала Катя. – Чего встали, идиоты! Фрукты, надеюсь, поставили? А воду? Только без газа!
Потом она повернулась к Глафире.
– Я помню, что ты, моя радость, не любишь газированную!"
"– Еще тебе следует помнить, что меня надо встречать у «Мерседеса», – отрезала Глафира и пошла к лестнице.
Катя бежала впереди нас, постоянно оглядывалась и с самой сладкой улыбкой на лице верещала:
– Глашечка, душечка, осторожнее, тут приступочка. Ленька! Принеси живо пепельницу, рысью, дурак! Глашечка, не споткнись.
Наконец мы добрались до двух совершенно одинаковых дверей.
– Надеюсь, меня разместят в зеленой гримерке? – голосом, не предвещающим ничего хорошего, протянула Глафира.
Катино лицо покрылось красными пятнами. Администратор вжала голову в плечи, и тут одна из дверей распахнулась и на пороге появилась стройная девушка с безупречной фигурой. Красивые длинные ноги были упакованы в белые лаковые сапоги-ботфорты, коротенькая юбочка подчеркивала осиную талию, блестящий топик открывал упругую, высокую грудь.
– Добрый вечер.
– Алена! – взвизгнула Глафира. – Ты суперски смотришься! Рада тебя видеть.
– Мне приятно, что мы вместе работаем, – улыбнулась Алена.
Я страшно удивилась. Это Лапина? Надо же, какая молодая и очень худенькая. На экране телевизора певица кажется более полной и не такой красивой, но сейчас, стоя около нее нос к носу, я поняла, что Алена очень хороша собой.
