В Книге "Камуфлет" читатель оказывается в мире, где герой несет бремя семейных конфликтов без давления ни отца, ни матери. Наполненная драматизмом и тонкой психологией, эта история создает атмосферу глубокого понимания человеческих связей в самых трудных ситуациях.
Полковник вручил ему лист с видимыми следами почтовых сгибов и вернулся на «докладной пятачок».
Невнимательно барон читал лишь две первые строчки. На третьей надел пенсне, на четвертой невольно поменял позу, а когда дочитал, ему потребовалось все самообладание. И оно не подвело. Ровным голосом министр двора спросил:
— Опять?
Утром дежурный адъютант разбирал почту и нашел письмо без штемпеля и обратного адреса. Исполняя инструкцию, адъютант вызвал офицера охраны. Тот вскрыл конверт. В нем оказалось послание на лист пищей бумаги.
— Обоих сегодня же в Маньчжурию, на передовую. И чтобы оттуда не вернулись. Не затруднит? — учтиво попросил барон.
Полковник приказ принял.
— Кто еще видел?
— По счастью, никто.
— Считаете это счастьем?
— Никак нет…
— Извольте помолчать, — ласково попросил Фредерикс. По совести, он давно недолюбливал ретивого служаку.
— Это можно считать, — барон разгладил листок, — реальной угрозой?
— Боюсь, что да."
"— Поздно бояться, полковник. Вам доверили строжайшую государственную тайну, от вас требовалось только одно: хранить ее.
— Виноват, ваше высокопревосходительство…
— Что намерены делать?
— Надо привлечь все силы, жандармский корпус и…
— Хватит, Иван Алексеевич, дурачка валять. Проворонили, а расхлебывать ему… — палец генерала вознесся в направлении Его парадного портрета.
— Никак нет…
— Полковник, да вы в своем уме?!
— Прошу дозволения изложить план.
Фредерикс брезгливо поморщился, но уделил минуту, в которую Иван Алексеевич и уложился.
— Кого намерены привлечь? — спросил министр особо холодным тоном, чтобы не возникло иллюзии о снисхождении: кара лишь откладывается.
— Коллежского советника Ванзарова.
— Кажется, из сыскной полиции?
— Так точно, помощник начальника сыскной полиции Филиппова.
