Заместитель начальника сыскной полиции Родион Ванзаров вновь оказывается в центре опасной игры. Ему предстоит разоблачить членов тайного общества «Первая кровь» и выявить врагов государства, прежде чем их заговор приведёт к катастрофе. Время работает против него.
Этого человека заставили поверить, что он вез совершенно иное лицо, просто показав ему фотографию! Причем испытуемый не может описать действительного пассажира! Помнит, что молодой мужчина, и все. Такое по силам только очень сильному специалисту.
— Случайно не знаете его? Я бы интервью с наслаждением взял, — Родион Георгиевич быстро дописывал лист.
Жарко горделиво оправил бабочку и заявил:
— В России таковых нет!
— А во Франции?
— Он перед вами!
— Может, кто подавал надежды?"
"— По-правде, был молодой человек, — нехотя признался гипнотизер. — Слышал, что на медицинском факультете Парижского университета учился, кажется, серб, а может болгарин, так вот он, как говорят, я лично не видел, мог навести устойчивое воспоминание. Правда, исключительно на барышень до восемнадцати лет, чем, как говорят, беззастенчиво пользовался.
— Видели его?
— Мельком. Как-то в коридоре на него показали. И знаете? Ничего особенного, средняя внешность, совершенно не запоминающаяся. Болгарин, одним словом.
— Фамилию болгарина не припомните?
Но Жарко лишь презрительно фыркнул.
Между тем Герасим измусолил пятерней затылок, но разумение не желало возвращаться в крепкую башку извозчика. Родион Георгиевич легонько толкнул его в бок:
— Ну, братец, теперь вспомнил, кого вез?
— Эх, вашбродь, незадача вышла, — сообщил Герасим, дочесывая. — И как я мог запамятовать? Ума не приложу. Вроде все так ясно видел… бес, чисто дело, бес попутал.
Коллежский советник протянул листок с гербом гостиницы «Европейская»:
— Изволь подписать…
— Ето чево будет? — заволновался Растягаев.
— Интервью твое для газеты… Разве не ясно?
Извозчику страсть как хотелось узнать, не полагается ли ему хоть какое вознаграждение, но решительный взгляд городового Трифонова советовал покорно царапать закорючку.
— И вы, господа, извольте засвидетельствовать, — попросил Родион Георгиевич.
Постовой немедленно исполнил, а вот месье высказал сомнение:
— Отчего вы интервью как полицейский протокол оформляете?
Ванзаров принял нашего «француза» за локоток и доверительно сообщил:
— В редакции «Нового времени» насчет истины удивительно строгие правила.
Августа 9 дня, около девяти утра, +18 °C
Александровский лицей, Каменноостровский проспект, 21
Правила царили просто иезуитские. Распорядок и дисциплина. Благообразное направление мозгов. Отличное образование.
