В Книге "Камуфлет" читатель оказывается в мире, где герой несет бремя семейных конфликтов без давления ни отца, ни матери. Наполненная драматизмом и тонкой психологией, эта история создает атмосферу глубокого понимания человеческих связей в самых трудных ситуациях.
Вас не задержат. Согласны?
— Если скажете, как разыскали птицу.
— На куче пепла лежал аккуратный клочок письма с приказом убить Менфикова и подписью Николая Берса.
— Правильно. И что?
— Нелогично. Стал искать настояфую улику. Нафел в глубине камина… Так как?
Юноша внимательно пригляделся к птичкам, что-то сравнил и выбрал из правой руки."
"— Чем бы ни кончилась дуэль, хочу выразить удовольствие и сожаление, что мы были противниками. Если бы я не обещал… Нам бы вместе трудиться, горы бы своротили. Что уж теперь… Но если повезет вам, помяните мое слово: карьеру в полиции не сделаете.
Чиновник сыскной полиции пересек дверной порог, между ними осталось аршин десять, не меньше.
— Раз…
Где-то в доме тикали часы.
— Два…
Нет, в окно не прыгнет, гордость не позволит.
— Три…
Эта минута решила его участь. Ключик повернулся до упора. Феникс повел серебряной головкой и захлопал крылышками.
Августа 10 дня, после шести, +16 °C
Около особняка князя Одоленского
Кажется, хлопок? Нет, показалось. Приказ был отдан точный: ждать, в дом не соваться и следить за окнами. А приказы ротмистр выполнять умеет.
Мечислав Николаевич поправил сползший бинт, сурово огляделся, чтобы никто из агентов не заметил глупой промашки, и дал себе команду «стоять».
За парадной дверью послышалось движение. Брякнули внутренние створки, щелкнул наружный замок, лопнуло бумажное клеймо Ягужинского, и в открывшемся проеме проявился знакомый силуэт.
— Несчастный дом…
Сказал это Ванзаров с такой печалью, что у «железного ротмистра» заныло сердце. Помощник подоткнул проклятый бинт и озабоченно спросил:
— Что случилось?
— Бедный мальчик… Подумал, что полную птичку тяжелее держать, а значит, кулак напряжется. И попал на камуфлет. Я не должен был… Конечно, он убийца, но какой невероятный талант… Неужели гений совместим только со злодейством, ротмистр?
— Не могу знать… Да что произошло-то?
Родион Георгиевич прижал феникса к груди:
— Последняя жертва.
— Кто?
— Мемнон…
— А кто это?
— Белый царь эфиопов, сын богини утренней зари Эос, погиб при осаде Трои.
— Ч-что?! — Ротмистр испугался, что мозг начальника не вынес испытаний.
Ванзаров вымученно улыбнулся:
— Все в порядке… Вызывайте Казанский участок, пусть они занимаются. Дело простейфее, никаких тайн.
