В Книге "Камуфлет" читатель оказывается в мире, где герой несет бремя семейных конфликтов без давления ни отца, ни матери. Наполненная драматизмом и тонкой психологией, эта история создает атмосферу глубокого понимания человеческих связей в самых трудных ситуациях.
"
"Родион Георгиевич прямо-таки удержал себя за вожжи, чтобы не подскочить или не стукнуть кулаком в гневе, а лишь сдержанно спросил:
— Могу ли знать, коллега: что обычного в отрывании ног, рук и головы при помофи взрывчатки? Напомните, когда встречались с подобным случаем? Не изволите хоть сообфить, какой тип применялся?
Лебедев горестно вздохнул:
— Да ну вас, увидели что-то в записке — и секретничаете, утаить пытаетесь… А я вот мечтал открыть тайную инкунабулу… Ну, хоть малюсенькую загадку… Я вот о чем все думаю: Жюль Верн в этом мае скончался, наш мир стал скучным и предсказуемым, капитану Немо не осталось места, одни бухгалтеры копошатся, преступления и те по списочкам вершат… Да что уж теперь… Ничего определенного про взрывчатку сказать пока не могу, судя по остаткам на шее — похоже на пироксилин.
— Благодарю…
— Ну, признавайтесь, что вас так поразило в записке?
— Да с чего вы взяли?
— С того, что знаю вас как облупленного, да! Таинственная надпись на латыни будоражит? Дескать, кровавый обрубок и тут же «Первая кровь»? На игры гимназистов похоже… Так скажете?
В дверь вежливо, но уверенно постучали, избавляя Ванзарова от признаний.
— Списки пропавших лиц проверены, подходящих по полу и возрасту не имеется, — отчеканил ротмистр.
Похвала нашла усердие.
— Также мною опрошен лакей князя Одоленского, — продолжил окрыленный Джуранский. — Он показал, что князь ночевал дома, а проснулся в восемь утра.
— Можно ли верить показаниям слуги? Наверное, выгораживает князя?
— Это невозможно. — Усики Джуранского дернулись вверх. — Бирюкин в нашем полку служил «охотником», то есть вольноопределяющимся… Хороший кавалерист был, с лошадьми аккуратен… Исполнителен, жаль, не пошел в унтеры после двух лет… Простите… С Пряникова протокол снят.
— Адрес, где проживает, записали?
— Никак нет. Я его в камере запер, в Казанском. Чтоб под рукой был. Прикажете отпустить?
Исполнительный ротмистр удалился с распоряжением проверить все пригородные вокзалы на предмет дамы в черном платье с сундуком. Сам же Родион Георгиевич глянул на часы и засобирался.
— Так про что записка? — напомнил Аполлон Григорьевич.
