В Книге "Камуфлет" читатель оказывается в мире, где герой несет бремя семейных конфликтов без давления ни отца, ни матери. Наполненная драматизмом и тонкой психологией, эта история создает атмосферу глубокого понимания человеческих связей в самых трудных ситуациях.
Дверь открылась бесшумно. Утренний свет слабо пробивался сквозь плотно сдвинуты шторы, в спальне сделалось сумеречно по-зимнему.
Бирюкин засунул в проем голову и позвал:
— Сэр… Ваша светлость… Павел Александрович…
Тщетно.
Из последних сил верный слуга шагнул в комнату и, нащупав рычажок, включил электрическое освещение.
Павел Александрович почивал в собственной постели, повернувшись на бок, уютно укутавшись одеялом.
В другом доме, слуга с облегчением удалился бы: «Почивает барин, и слава Богу, пусть дрыхнет хоть до обеда, хлопот меньше!» Но для слуги в английском духе, такое равнодушие преступно.
Князь спал так мирно, что и с дыхания не слыхать.
Стараясь не думать, на какую дерзость идет, лакей шевельнул барина за плечо.
Павел Александрович покорно перевернулся на спину.
Вольноопределяющийся кавалерии заорал по-бабьи истошно и беспомощно.
Августа 7, лета 1905, девять утра, +21 °C
Летняя дача в Озерках
От удивления Глафира едва не выронила чашку: ее величество снизошло к утреннему чаю.
— Сонечка, чайку с медком? — заботливо, как ни с кем, спросила Глафира.
— Ах, няня, оставь меня в покое! — Софья Петровна отшвырнула вилку.
Без Родиона Георгиевича они общались как в детстве: заботливая кормилица и ненаглядное дитятко.
Глафира быстро спровадила Олю и Лелю в сад, сама присела к воспитаннице, взяв изнеженную ручку в шершавые, теплые ладони.
— Что, душенька, поссорились? То-то я гляжу, господин наш дома не ночевал, каков герой. Так это ничего, вернется как миленький.
— Няня, ты ничего не понимаешь! — почти крикнула Софья Петровна.
— Так расскажи, сними тяжесть с сердечка, полегчает.
Так тепло стало рядом с няней, такой лаской и заботой веяло от ее большого тела, что Софья Петровна нежданно размякла, уткнулась в плечо и, всплакнув, рассказала все.
Оказалось, дитятко закрутило роман. Вернее, и не роман вовсе, а так, девичьи грезы. Соне страстно понравился один мужчина, она не находит места, но все еще любит мужа. Да, она мечтает о другом! Потому что он воплощение мужских достоинств, каковые в большой нехватке у Ванзарова.
