В холодных лабораториях ночи и темноте, где каждый шёпот может быть угрозой, встретилась канарейка и ястреб. Острый взгляд опытного хищника прошибает насквозь, а слова — холодные и презрительные. Здесь реальная жизнь смертельно серьезна и неимоверно опасна.
На подобных условиях моя певица контракт не подпишет!
Напряжение в переговорной нарастает. Двое мужчин не привыкли уступать.
Я не успеваю отслеживать события, которые развиваются с неумолимой быстротой. Контракт со звукозаписывающей студией и продюсерским центром RBMGМ уже перестает быть мечтой.
Никогда не была на переговорах и после подобного лобового столкновения танков, которому стала свидетелем, желание повторения отбивается напрочь. Однако, я тихо сижу в своем кресле и изучаю злосчастный договор.
Не профессионал, конечно, и мне далеко до подручных адвокатов двух титанов, однако, взгляд цепляется еще за один подпункт.
Наличие подобного в контракте превращает меня в пустую марионетку, которая будет, как болванчик выполнять приказы начальства.
Никакой автономии и свободы выбора в творческой жизни. Петь, что скажут, участвовать в телешоу, которые будут одобрены и отвечать на вопросы то, что скажут.
Возвращаю взгляд к активно дискутирующим мужчинам. Гор непреклонен. Он владеет мной. У меня контракт с ним, предусматривающий все.
Браун. Высокий мужчина с волевым лицом и медовыми глазами кажется приходит почти в бешенство от перспективы не заполучить меня в раскрутку.
Часы переговоров. Я уже прочла весь договор и в какой-то момент мне надоедает быть безвольным лотом на торгах.
Я встаю со своего скромного места и привлекаю внимание всех мужчин в переговорной.
Кладу свой экземпляр документа на стол и смотрю прямо в глаза моего наверное уже не состоявшегося продюсера.
— Благодарю Вас, господин Браун, за то, что обратили внимание на меня. Для любого исполнителя это небывалая удача и возможность продвинуться на арену мирового шоу-бизнеса. Я все это прекрасно осознаю, но вынуждена признать, что больше в заключении контракта я не заинтересована.
Тишину, которая в этот момент повисла в комнате можно резать, пробовать на вкус и растягивать на пальцах густой патокой.
Шок на лице Брауна сложно не заметить. Люди готовы удавиться за подобные перспективы, но для меня превыше всего свобода и возможность творить.
Понимаю, что максимально привлекла внимание к своей скромной персоне и решаюсь на откровенный риск.
Мой персональный монстр когда-то давно учил меня своей жесткости в бизнесе. Иногда объяснял, что и почему делает. Какое решение принимает и зачем.
На миг кажется, что я опять сижу на мягком диване в кабинете Тайгера.
