В холодных лабораториях ночи и темноте, где каждый шёпот может быть угрозой, встретилась канарейка и ястреб. Острый взгляд опытного хищника прошибает насквозь, а слова — холодные и презрительные. Здесь реальная жизнь смертельно серьезна и неимоверно опасна.
В этой схватке победить или проиграть способен лишь ты. Ты терпишь поражения не тогда, когда противник сильней, а когда сам сдаешься…
Запомни сынок. Все в твоих руках и тебе решать…
Решать только мне.
Всегда знал, что стоит только услышать голос или увидеть мою птичку, я не удержусь… Она мой единственный противник, которому я заведомо проигрываю, потому что не могу воевать с частью себя.
Ничего не важно. Кроме желтой папки. Досье на Адель.
Смотрю, но не двигаюсь, не протягиваю руки, не спешу открыть.
Сердце пропускает рваные удары.
Я остался в памяти своей девочки тварью и предателем, мажором, который трахнул и забыл. Знал, что на осколках боли, что причиню Канарейке прорастут ростки ненависти, которые лишь подстегнут ее идти вперед.
Ненавидеть, чтобы жить дальше.
Готов ли я пожинать плоды того, что посеял в ее душе?
Никогда трусом не был. Отбрасываю все сомнения и открываю папку. Полная информация.
Взгляд врезается в фотографии моей красавицы, рассматриваю, как одержимый, всматриваюсь в тонкие черты лица и встречаюсь с уверенным взглядом голубых глаз.
Ее черты выжжены на сетчатке моих глаз. Листаю вереницу фотографий.
Задорная. Улыбчивая. Серьезная. Разная.
На одном кадре сидит в кафе с смуглой черноволосой женщиной. Смеются от души. Приглядываюсь и узнаю. Луиза. Значит до сих пор дружат.
Улыбаюсь. Хорошо все в ее жизни. Радость в глазах вижу.
Еще фотографии. Праздничный стол. Ресторан. Гости. Надпись “С Днем Рождения”. Смотрю на даты. Это праздник не Адель, затем вижу чернокожую полную женщину, с бейджом “Именинница”. Эйрин. Узнаю и ее.
В груди печет и режет. Адель счастлива. Чувствую это. Вижу в глазах лучистых."
"Еще фотография. Сидит, поджав одну ногу под себя, золотые пряди собраны в небрежную фигню на затылке, так и хочется дотянутся рукой и выпустить водопад, струящийся вдоль спины.
Прикусила колпачок ручки. Выглядит задумчиво, значит сочиняет мелодию…
Совсем не изменилась. Все такая же. Рассматриваю с жаждой голодающего. Изучаю, узнаю заново и понимаю, что не забыл ничего. Все помню до малейшей родинки, спрятанной в самом интимном месте под молочной грудью.
Вспышка воспоминанием перед глазами.
Целую нежные ареолы сосков и прохожу языком по тонким ребрам, накрываю поцелуем пупок.
