Мрак скрывался за стенами дома, но внутри всё еще царило напряжение. Жуткий шум затих, словно предательское выдохнутое дыхание окружившего их мрачного мира. Кажется, она снова почувствовала себя живой — хоть и неясно, как это возможно в такой тишине.
Барон подключился к остальным, а я медленно побрела по садовой дорожке, вдыхая аромат цветущих яблонь. Ноги привели к маленькому рукотворному пруду, живописно и очень продуманно украшенного по берегу крупными камнями и богатой растительностью.
Невольно остановилась, залюбовавшись всей этой красотой. И тут кусты зашевелились и... заговорили.
- Ну никому ничего доверить нельзя. - проворчал женский голос, и из зарослей показалась спина в тёмно-синем платье, - Ирмо! Где ты, прохиндей?! Я когда сказала высаживать берендику? Нет, ну он угробит мне цветы.
Женщина, медленно двигаясь задним ходом, тащила по земле что-то явно тяжёлое.
- Давайте-ка вам помогу. - не задумываясь предложила я и тоже сунулась в кусты."
"- Ага, вот так, осторожно, клеус не затопчите. - вдвоём мы подхватили ящик с мелкими ростками какого-то нереально бирюзового цвета и вытащили его наружу.
И тут до обеих дошло, что происходит нечто странное. Так и удерживая ящик за разные края, замерли и посмотрели друг на друга. Женщина сдула с лица выбившийся из причёски локон и только, было, открыла рот, как.
- Мама! У меня с тобой когда-нибудь сердечный приступ приключится. - Леон быстрым шагом приближался к нам.
66
Через час, уладив неловкость первой встречи и переодевшись с дороги, уже весело хохотали за столом, вспоминая детали знакомства. Мама Леона оказалась совершенно очаровательной тёткой. Мало того, что такая же темноволосая, синеглазая, статная красавица, как и мой будущий супруг, так ещё и натура не менее кипучая и деятельная.
Она тоже успела привести себя в безупречный вид и теперь, нисколько не смущаясь, легко смеялась над своими огородными приключениями.
- А здорово он нас отчитал, да?
- Согласна, забавно получилось. - улыбнулась я.
- И бросьте уже этот ящик! - Майя (мама) очень даже похоже спародировала интонации сына, - Неужели здесь больше тяжести некому таскать, кроме как двум приличным дамам?!
- Меня там не было! - добродушно булькала Фелисити, подпрыгивая на стуле, - Сколько раз говорила, не стоит самой ковыряться в земле.
- Не ворчи и не прибедняйся. - в свою очередь построжилась хозяйка, - Знаешь ведь, что цветы - моя слабость. Как занималась ими, так и буду. Тем более, что кроме меня здесь в них больше никто ничего не понимает. И даже не вздумай рассказывать, что там положено делать баронессам, а что нет.
