Мрак скрывался за стенами дома, но внутри всё еще царило напряжение. Жуткий шум затих, словно предательское выдохнутое дыхание окружившего их мрачного мира. Кажется, она снова почувствовала себя живой — хоть и неясно, как это возможно в такой тишине.
И в кустах-то баронесса оказалась лишь из-за того, что пошла убедиться в совершенстве пруда, а на берегу её зоркий глаз углядел ящик с рассадой. Земля подсохла, редкое растение начало вянуть под палящим солнцем, вот и дрогнуло сердце увлечённой цветочницы - полезла спасать своих любимцев.
Дом, благодаря удачной, а скорее, просто хорошо продуманной планировке, внутри казался больше, чем снаружи. Комната мне досталась на солнечной стороне второго этажа - маленькая, но очень милая и уютная, впрочем, как и всё здесь.
"- Ну что, дорогая, устроилась? - после того, как налопались так, что шевелиться не осталось никакой возможности, и разошлись на отдых, ко мне заглянула Майя, - здесь не очень просторно, но после свадьбы вы с Леоном переедете в другую - светлую и большую спальню. - Она словно прочитала мои мысли, - А здесь, если захочешь, можем потом устроить рабочий кабинет. Сын рассказывал, что тебе предстоит поднимать большое дело. Можешь всецело рассчитывать на мою помощь.
- Спасибо, Майя, вы так сердечны ко мне.
- Леон очень много рассказывал о тебе. С таким трепетом он никогда не говорил ни об одной женщине.
- Ну почему же? Говорил. - возразила я, - Говорит и будет говорить всегда.
- Та-ак, это о ком же?
- О вас. - просто ответила ей, заставив собеседницу счастливо рассмеяться.
- Да, Леон - нежный сын. И будет таким же мужем. То, что любимица королевы, певица театра её величества, баронесса Лира Борн - не просто мимолётное увлечение, я поняла сразу. Не всем удаётся хотя бы раз пережить настоящее чувство.
- Очень. Просто не сказать как. - я была рада отвлечь женщину от болезненных воспоминаний, - Тут всё устроено не просто со вкусом, не только по-хорошему, по-умному, но с большой любовью. Это чувствуется, когда в доме живёт душа.
Я встала, прошлась по комнате, погладила рукой тёплое дерево резного косметического столика, инкрустированного жемчужным перламутром, присела на изящную банкетку перед ним, заглянула в зеркало, перевела взгляд на стены мягкого оливкового цвета.
- Шторы, если хочешь, можем поменять. - следуя за моими глазами, предложила Майя, - Я просто ничего не знала о твоих вкусах, поэтому велела сделать так, как понравилось самой.
- Ни в крем случае. Ничего менять не нужно. Пусть всё остаётся, как есть.
