Автор
В глубинах Олимпа ждут каникулы самый могучий бог и его верный советник. Главные герои, под ударами шутовского закона Рандома, пытаются выжить в этом мире без порядка и справедливости. Судьба каждого зависит от капли случайности — а значит, каждый может стать жертвой или спасителем. Внутренние конфликты героев создают напряженную атмосферу, где каждое слово имеет значение, и судья Рандом оставляет неизвестным, кто же победит в этих кровавых каникулах....
А я, кажется, потихоньку начал догадываться.
Альберт Эдгарович не ходил уже очень давно. То есть он не мог просто взять и встать на ноги, потому что мышцы там атрофировались. Но он просто взял и пошёл.
— Дед, — сказал я, решив немного приколоться, — а на тебя тоже что ли воздействие подействовало?
— Какое воздействие?! — испуганно выдохнула Ксения Альбертовна и выпучила глаза.
Светка нахмурилась, отчего её личина стала ещё более ужасающей.
Дед Озеров застыл на месте и развернулся, уставившись на меня.
— Нет, — ответил он, состроив гримасу. — Просто давно я смерть не чувствовал так близко, как сейчас. Выпить хочу, мочи нет.
Затем он оглянулся на своё кресло и немного поник.
— Это же не может быть правдой, да? Это опять выверты моего больного сознания? — он ещё постоял, а затем снова приободрился. — Но оно же не мешает мне выпить!
— Отец, это не выверты сознания! Это чудо! Ты, правда, ходишь! Слава всемогущему Рандому! — проговорила она, и я почувствовал, как шкала божественного благословения наполняется.
— Слава Рандому, — вторила ей Светка.
И меня даже немного взбодрило. Это не было похоже на оргазм, скорее, на какое-то иное удовольствие, тёплое, душевное, как семейное тепло и искренняя любовь.
Именно поэтому я и не уловил, как всё вокруг нас изменилось. Краски поблекли и выцвели, запахи стали совершенно одинаковыми, а затем и вовсе исчезли.
Дед Озеров замер на ступеньках собственного поместья. Замерли Ксения Альбертовна и сестра Светлана. Замер даже Цербер, потому что принадлежал этому времени.
Замерло само время, перестав биться пульсом в наших сознаниях.
Появился неуловимый флёр, присущий лишь одной-единственной персоне из всего пантеона.
У меня сегодня что, день открытых дверей?!
— Бабушка Смерть, — взмолился я, поворачиваясь к ней. — Ну почему именно сейчас? Дай ему хоть выпить напоследок!
Глава 21
— Слушай, ссыльнопоселенец, — ответила она по-хозяйски, — если я буду ждать, пока каждый не выпьет, меня Дзен уволит нахрен.
— Да ладно, как он тебя уволит? — я попытался невинно улыбнуться, но получилось очень натянуто. — Он же тебя, наверное, опасается? Ты же и его можешь… того, — я сделал жест рукой, словно серпом траву кошу.
— Не-не-не, — Смерть выставила вперёд руку. Худая — да, но не костлявая, зачем наговаривают? — Я в такие игры не играю. А чётко выполняю положенную работу.
Я пытался хоть как-то тянуть время, чтобы что-то придумать, только вот само оно замерло на месте.
