Эта книга начинается на узкой улочке в Раваншире, где студентки Искусствного Университета прячутся от своих романтических каникул. Вирджин прикасается локтя Айрина с жалобным шепотом: "Айрин, ты меня любишь?", и ее невероятное равнодушие делает это переговоры необычайно живыми и душевными....
В стремлении впитать царящую вокруг атмосферу, прочувствовать каждую интонацию, каждый штрих.
Отдельная приятность – дуэт экскурсоводов вёл себя не просто хорошо, а идеально! Селвин рассказывал об истории залов, а Осберт вносил ценные дополнения – перечислял имена архитекторов, которые приложили руку к созданию интерьеров в разное время.
Правда, пару раз вот такие дополнения вылились в спор, причём спорили братья в уже знакомой манере – с подколками и подтруниванием. Однако меня ни одна из двух бурь не зацепила – в смысле, гостью не трогали, практиковались в остроумии друг на друге.
Зато когда настало время идти в столовую, воспитанность, продемонстрированная блондинами, отступила. Осб резко приободрился – расправил плечи и нацепил на лицо улыбку, а Селв принялся поправлять полурасстёгнутый ворот и зачёсанные назад волосы.
Объективно, образ этакого небрежного героя-любовника из бульварных романов Селвину очень шел, только я это воспринимать всерьёз не могла. Как итог снова начала хихикать, за что и удостоилась укоризненного:
– Вообще-то я ради тебя стараюсь!
Теперь рассмеялась уже в голос.
– И желание позлить Вирджа тут ни при чём, – прокомментировала со смехом.
– Злить мелкого? – с наигранным возмущением переспросил Осб. – За кого ты нас принимаешь?
– Мы – сама доброта и тактичность! – горячо поддержал судью Селвин.
Спустя секунду мне предложили локоть – это Осберт, который шел справа. Второй «экскурсовод», который шагал с левой стороны, проделал то же самое, а сообразив, что принимать эту сомнительную помощь я не намерена, сделал жалобные глаза и протянул:
– Айрин, ну пожалуйста, не вредничай.
Я улыбнулась и отрицательно качнула головой. Потом вообще сцепила руки за спиной, чтобы никаких иллюзий не осталось.
И тут же услышала тихое от того же Селва:
– Вот зараза.
– От заразы слышу, – без стеснения парировала я.
Третий участник нашей маленькой процессии, Осберт, рассмеялся.
– Я же говорил, что девочка не из робких, – радостно заявил он.
Сперва хотела поблагодарить судью за комплимент, но, вспомнив про нашу утреннюю стычку, не стала. Просто улыбнулась и продолжила путь.
Когда подошли к дверям столовой, мои «экскурсоводы» разулыбались пуще прежнего. Глядя на их лица, можно было предположить минимум романтическое свидание, а не банальную прогулку втроём.
Они сияли так, что я уже хотела призвать к порядку, но не успела.
