Юрий Кожин возвращается с путешествия, где встреча с Натальей оборачивается загадкой старинного зеркала из Неаполя. В его поход в Дикое поле 1571 года смешиваются события эпохи Ивана Грозного и напряженные исторические обстоятельства. Герой ищет ответы среди беспощадных событий и тайных знаний.
Раздел Chitat.online для книги «Канонир» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Юрий Кожин возвращается с путешествия, где встреча с Натальей оборачивается загадкой старинного зеркала из Неаполя. В его поход в Дикое поле 1571 года смешиваются события эпохи Ивана Грозного и напряженные исторические обстоятельства. Герой ищет ответы среди беспощадных событий и тайных знаний.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юрий Кожин возвращается с путешествия, где встреча с Натальей оборачивается загадкой старинного зеркала из Неаполя. В его поход в Дикое поле 1571 года смешиваются события эпохи Ивана Грозного и напряженные исторические обстоятельства. Герой ищет ответы среди беспощадных событий и тайных знаний.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Когда я пришёл, Дарья ахнула и забегала вокруг меня:
— Ты ранен? Что случилось?
— Ерунда, не обращай внимания.
Я умыл лицо и прошёл к себе в комнату. Через какое‑то время, постучавшись, вошёл Илья. Он уже стал хорошо ходить, но рукой придерживал живот.
— Это правда, что есть указ государя об отмене «опричной тысячи»?
— Правда, сейчас только что сам вернулся из их гнезда — его мужики штурмовали; перебили кромешников, а дом сожгли.
— А чего это у тебя? — поинтересовался Илья.
— Добыча, грамотки интересные взял в доме кромешников.
— Да ну! Интересно, давай посмотрим.
— Для того и принёс.
Я вывалил из мешка бумаги на столешницу, мы уселись за стол и стали читать. Периодически Илья вскрикивал от удивления:
— Ну надо же, чего только в доносах не пишут!
Мне же по большей части достались записки о признаниях, выбитых под пытками. Известное дело — пытки далеко не каждый вытерпит, перенесёт боль, вот и оговаривали друзей, знакомых и родственников. Были признания абсолютно дикие, вроде заговора с целью убийства государя или в измене псковских бояр с целью перейти под руку Литвы. Были и несущественные — о мелких кражах или обмане покупателей на торгу.
Неожиданно Илья стукнул кулаком по столу так, что от резкого движения бумаги разлетелись.
— Вот же нехристь! Иуда!
— Оказывается, сосед мой на меня донос написал — ты почитай, почитай! А я‑то думаю — с чего это кромешники в мой дом ворвались?
— Думаю, кабы не указ царский о роспуске опричнины, они бы тебя в покое не оставили.
— И я так мыслю. Надо же — никак не подумал бы. Погоди же, Тимофей, даст Бог — встану на ноги, устрою я тебе! Купчишка дрянной, умения нет никакого — только пьянствовать горазд да завидовать. На добро моё позарился, не иначе. Интересные грамотки, надо все перечитать. Как много о людях узнать можно.
— А как же, вестимо — кто много знает, тот правит миром.
Мы снова углубились в чтение, и только приход Маши, возвестившей о том, что кушать подано, прервал наше увлекательное занятие.
Прошла ещё неделя. Илья встал крепко на ноги. По утрам, после завтрака он уходил по своим делам. Видимо, купец в красках расписал своим деловым партнёрам о моих способностях лекаря, так как вскоре в дом к семье, где я нашёл временное пристанище, потянулись страждущие исцеления. И я опять вернулся к прежней мысли — надо снимать в аренду дом или покупать свой.
Пациентов становилось больше, и мне было просто неудобно пользоваться благосклонностью Ильи.
