Первая книга эпического повествования о жизни северной деревни конца 1920-х годов. Автор воссоздает быт и нравы крестьянской общины накануне коллективизации, показывая сложность духовного мира простых людей, их привязанность к земле и традициям перед лицом грядущих перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Кануны»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Первая книга эпического повествования о жизни северной деревни конца 1920-х годов. Автор воссоздает быт и нравы крестьянской общины накануне коллективизации, показывая сложность духовного мира простых людей, их привязанность к земле и традициям перед лицом грядущих перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Первая книга эпического повествования о жизни северной деревни конца 1920-х годов. Автор воссоздает быт и нравы крестьянской общины накануне коллективизации, показывая сложность духовного мира простых людей, их привязанность к земле и традициям перед лицом грядущих перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Пришлось тщательно зачеркнуть слово «пяти» и написать сверху «четырех». Он продолжал:
«Список контреволюционного алимента прилагаю отдельно. К сему И. Сопронов».
Из большой амбарной книги с графами о приходе и расходе он выдрал чистый лист и, не задумываясь, начал составлять список. (Амбарную книгу Сопронов выпросил в Ольховице у бухгалтера Шустова.)"
"Список1. Рогов Иван Никитич — Мельница, продавал корье, нанимал рабочую силу, арендовал землю у бедноты. Настроен против. Недоимка.
2. Рогов Павел Данилович — Мельница.
3. Рогов Никита Иванович — Мельница, злостный церковник, член двадцатки, собирал подписи для открытия церкви. Относится враждебно.
4. Брусков Кузьма — церковник, с цели разделено хозяйство.
5. Брусков Северьян Кузьмич — хозяйство зажиточное. До революции своя лавка, хозяйство разделено с цели.
6. Новожилов Андрей — отхожие промыслы, к мероприятиям относится отрицательно. Недоимщик.
7. Судейкин А. Л. — скупал и перепродавал во время нэпа сырые шкуры, имеет жеребца-производителя, клевета в стихах на все мероприятия.
8. Орлов Дмитрий — злостная ликвидация хозяйства, скрылся на производстве.
9. Вознесенская Ольга — недоимщица. Поповна.
10. Климов Савватей Ив. — подстрекатель. К мероприятиям относится ехидно, актив называл соплюнами и голодранцами.
11. Миронов Евграф Анфимович — кулак. Недоимщик.
12. Клюшин Петр — недоимщик, церковник, хозяйство выше среднего.
13. Нечаев Иван.
На Нечаеве Сопронов поперхнулся, не зная, что записать в графу. Подумавши и вспомнив прошлогоднюю масленицу, он записал Нечаева подкулачником и оставил список без подписи. Свернул бумаги, спрятал их в шкап, снял с прутка лампу и дунул в ламповое стекло. Огонь не погас. Игнаха дунул сильнее, на ощупь повесил лампу и на ощупь же, стараясь не скрипеть половицами, вышел на мост, спустился по лесенке к воротам и открыл. Свежий воздушный ток остудил распаленные щеки, осушил потную шею Сопронова.
Он долго вслушивался в звуки спящей Шибанихи. Долго и напряженно вглядывался он в темноту августовской ночи. Тишина стояла всесветная. Одни кузнечики все еще дружно ковали в ночной траве, да редкие комаришки уныло и осторожно толкались в темноте, привлекаемые запахом пота.
Он чуял приближение припадка.
Врачи называли его болезнь какой-то психостенией, советовали меньше расстраиваться и пить молоко с медом. Легко сказать, «меньше расстраиваться»! Завтра, чуть свет, он пойдет в Залесную и другие деревни для организации там новых колхозов. Ему не хотелось идти одному, в той же Залесной сплошь сват да брат и ни одного бобыля. Но делать нечего, придется идти одному. Микуленок возвращался в Ольховицу, так как через день-два намечалась чистка Ольховской ячейки.
