Ты убедила нас помочь в прошлый раз, потому что ты говорила, что власти ничего не делают, но теперь этим занимается VSPR. Мы работаем над этим и стараемся изо всех сил, и нам нужно, чтобы ты не вмешивалась. Мне нужно, чтобы ты не вмешивалась.
— Что?! — Блейк сделала несколько шагов назад, но быстро пришла в себя, ее шок снова сменился гневом. — Ты должно быть шутишь! Если бы полиция была способна справиться с этим, нападение на Бикон никогда бы не произошло, и ты не потеряла бы руку. — Она машинально посмотрела на культю, и Янг так же машинально сменила позу, скрывая увечье. Янг помрачнела еще сильнее.
— Да, возможно, но сейчас все изменилось, — сказала она. — Теперь я отвечаю за расследование. Ты хочешь сказать, что не можешь мне доверять?
— А почему я должна тебе доверять, — буркнула Блейк. — Ты то явно мне не доверяешь.
Янг вздохнула и отступила от решетки. — Не то чтобы я тебе не доверяла, Блейк. Дело в том, что я не могу позволить тебе заниматься этим. Ты должна оставить это властям. Ты сейчас не помогаешь, а наоборот мешаешь мне.
— Я не остановлюсь. Я никогда не перестану пытаться привлечь их к ответственности.
Боги, неужели Блейк всегда была такой? На самом деле да. Это напомнило ей о том времени перед танцами, когда Блейк накручивала сама себя, но теперь Янг увидела другую сторону медали. «И тогда полиция, должно быть, так же пыталась остановить Белый Клык и Романа», подумала она. «Мы никогда не думали об этом, да и нам просто было все равно».
В конце концов, команда RWBY всегда сражалась на стороне добра. Какая разница, если время от времени они причиняли «небольшой» ущерб или нарушали правила? Они же были «героями».
Янг оставалось только гадать, сколько полицейских расследований они провалили своими импульсивными действиями. Можно было оправдываться тем, что это сработало, но с тех пор, как она потеряла руку и свое место в Биконе, она не была так уверена. Было так легко нарушать правила и делать то, что они хотели, никогда не попадая в неприятности из-за этого, несмотря на явный хаос, который они вызывали.
Блейк тоже никогда не жалела об этом. Это было очевидно. Настоящая ирония в том, что Блейк вообще вряд ли желала правосудия, несмотря на то, как много она говорила об этом. Она хотела отомстить, отомстить и, возможно, искупить свою вину, но о правосудии думала меньше всего.
«И почти все драматические ситуации, через которые мы прошли, сводятся к ее одержимости Белым Клыком», подумала Янг. «Каждый раз, когда мы оказывались в опасности, это происходило потому, что мы преследовали их или Романа, и всегда потому, что Блейк нуждалась в нашей помощи. У меня все еще была бы рука, если бы она не бросилась к Адаму без предупреждения». Единственная рука Янг сжалась в кулак, сотрясаясь от невольной дрожи.