Блестящий морской офицер из XXI века неожиданно оказывается в России XVIII столетия. Вооружённый современными техническими знаниями и опытом, герой осознаёт уникальность своего положения. Перед ним встаёт выбор: приспособиться к новой реальности или попытаться изменить ход истории,...
На выезде из города Николай Кочеряко спросил:
– Когда на твои южные земли поедем?
– Ты откуда про эти земли знаешь?
– Весь Петербург говорит, что ты южные земли у царицы выпросил. Татарам мстить за обиды будешь.
– Как я один могу татарам мстить?
– Так ты ехать собираешься – с казаками сговориться.
– А ты боишься обратно к казакам ехать?
– Нет, я из волжских казаков. С казаками междуречья мне делить нечего.
– Татар всей казачьей силой тронуть нельзя. Турция сразу по соплям даст, а Екатерина добавит.
– Так это всей силой нельзя, а малыми отрядами пограбить можно. Татары на малые отряды жаловаться не будут, даже если и обидят крепко. Сами разбойничают, как могут.
– Меня крымские татары не обижали, я с беспризорными татарами Поволжья сталкивался.
– Этих татар мало осталось. Казаки и солдаты ловят их и на землю садят. А они следом за солдатами уходят, не хотят на землю садиться. Ты скажи, Михаил, почему вы на землю не садитесь?
– Так не умеем мы сеять и пахать.
– Наука небольшая, и умения здесь не надо. Работать на земле надо.
– Все народы живут по своим обычаям и традициям, – вступил в разговор Сергей, – если татары веками пасли лошадей, то коров пасти не смогут."
"– Ты попробуй с двадцати лошадей двадцать человек прокормить, – заговорил Михаил, – в день десять глотков кобыльего молока каждому да кусок кобыльего сыра. Праздник у костра, если куропатку или лису поймаешь, – разгорячился он.
– Может, и верно говоришь. Земля вас не интересует, по городам разбегаетесь. В Москве тысячи татар живут, у Сергея Николаевича на заводах из четырех тысяч рабочих – две тысячи татар.
Слухи о том, что на заводах Алексеева рабочим сразу дают дом, а работать надо только девять часов, уже давно разошлись, как круги по воде. Люди приходили почти ежедневно. Если в Москве иногда отказывали по причине неготовности рабочих мест, то сразу направляли добровольцев в Тулу или Тамбов. Но людей все равно не хватало. Тульские заводы требовали работников намного больше. Цеха по производству котлов и паровых двигателей расширялись непрерывно – спрос на продукцию постоянно возрастал.
В московском филиале банка Сергей прочитал письмо от Иосифа Аврумовича. Прибыль тульских заводов в 1766 году составила один миллион восемьсот тысяч рублей. Расширение производства сдерживал только дефицит рабочих рук.
Тамбов встретил летним теплом. Аграфена показала письмо матери из Петербурга: двухэтажный дом на берегу реки Фонтанка будет готов к октябрю.
