В хладном саронском шторме летит ла-полиция Дзагоев, и несмотря на его застарелый запах, он вызывает уважение своей уверенностью и независимостью. Его приближение внушает трепет — как старая хижина, которую каждый желающий может разбить с легкостью. Внутри капитана Валара таится загадка, а его промозгливое путешествие по островам открывает черты, которые могут заставить сердца дрожать и мозги сводить от напряжения....
Конечно, здесь был некоторый риск, но только в том, что пара бойцов, оставленных в засаде на повороте, завалятся спать и прозевают появление бандитов. Однако проспать пять машин сложно. Даже звук двигателей в лесной тишине должен разбудить самого заядлого засоню, а «краповые» такими вовсе не казались.
Полевой стан я помнил еще по тем временам, когда был жив колхоз. Тогда, в полевую страду это место, казалось, пахло потом, смешанным с пылью. Стан стоял недалеко от деревни. Здесь не было спальных мест, хотя имелась столовая, а также выставленные на мощных креплениях две большие емкости под солярку.
У нас в семье никто в колхозе не работал. Папа был за границей и никогда в колхозе не показывался; мама работала в школе, и ей хватало своих забот; а я заглядывал на полевой стан только с кем-то из друзей по школе, чьи родители здесь работали.
– Миша, нужно две гранаты, – попросил я капитана Сафронова.
"Я подобрал несколько подходящих по размеру камней, ножом сделал ямку в кругу рядом с пепельницей, куда и уложил гранаты, пока еще не подготовленные для взрыва. Готовить их следует только после завершения подготовительных работ. Только негры в африканских странах все стараются сделать наоборот, как мне часто рассказывали старшие офицеры, кому довелось поработать в Африке.
