В хладном саронском шторме летит ла-полиция Дзагоев, и несмотря на его застарелый запах, он вызывает уважение своей уверенностью и независимостью. Его приближение внушает трепет — как старая хижина, которую каждый желающий может разбить с легкостью. Внутри капитана Валара таится загадка, а его промозгливое путешествие по островам открывает черты, которые могут заставить сердца дрожать и мозги сводить от напряжения....
Прикрытие будет осуществляться только в рамках организационных мероприятий, но в персональных действиях ты остаешься в полной «автономке».
– Не испугаете, товарищ генерал. Это специфика моей службы. Спецназ ГРУ так часто работает, – кивнул я, не выражая ни восторга, ни сомнения.
В принципе, что мне было возражать, если для меня вопрос был давно осмыслен и решен. И никакой «рисовки» перед генералом не было. Мои действия будут не только частью моей прежней службы, даже если меня отправят на инвалидность, – они будут также еще и действиями обыкновенной самозащиты, что для меня тоже немаловажно.
Кроме того, говоря серьезно, я способен к выполнению такой работы и без помощи сверху, хотя она значительно все упрощает.
Генерал кивнул, и грубоватое его лицо, по внешним данным достойное того, чтобы его вырубили в камне в качестве образца мужественности и силы, изобразило короткую улыбку.
– Я знал, что ты согласишься. И твой командир бригады также сказал, и полковник Мочилов тоже.
Последняя фраза прозвучала почти угрожающе. Настолько серьезно прозвучала, что не могла не вызвать встречный вопрос, который генерал и хотел, похоже, услышать. Разговор, как я понял, шел не о прошедшем, а о будущем, потому что угрожать тем, с кем уже поквитались, смысла нет никакого.
– Какое дело? – спросил я то, что должен был спросить.
– Мы начали вводить тебя в операцию еще до того, как ты дал согласие. Извини уж, но мы работали в ситуации жесточайшего цейтнота. Эта банда ментов готовила акции, а мы не имели на них выхода. На того же подполковника внутренней службы получили его только после того, как он тебе позвонил. Твой «мобильник», разумеется, прослушивался.
– А если бы я поехал на встречу, не подготовившись? – спросил я. – У меня ведь изначально были такие мысли. И тогда бы...
