В хладном саронском шторме летит ла-полиция Дзагоев, и несмотря на его застарелый запах, он вызывает уважение своей уверенностью и независимостью. Его приближение внушает трепет — как старая хижина, которую каждый желающий может разбить с легкостью. Внутри капитана Валара таится загадка, а его промозгливое путешествие по островам открывает черты, которые могут заставить сердца дрожать и мозги сводить от напряжения....
– Еще там, на дороге, я заметил, как какая-то молодая особа снимает происходящее на трубку сотового телефона. Была даже мысль отобрать у нее гаджет, но это показалось мне более криминальным делом, чем драка с чеченцами. Я ведь тогда еще не знал, что один из них умер...
– Мы ее не знаем, – сказал генерал.
– Ваши операторы засняли ее саму и ее машину тоже. Ярко-голубой «Пежо 308». Она ехала позади меня, потом уступила дорогу этим, на «Панамере», когда они сильно сигналили, а потом, когда я вынужден был остановиться, она чуть в меня не въехала.
Генерал слегка сосредоточился.
– Да, я помню, там мелькала какая-то женщина. Такая из себя... Джинсовая... Лохматая... Но в макияже...Волосы во все стороны торчали...
– Да, джинсовая. Только не лохматая. Это у нее такая прическа, что делает ее похожей на психопатку. Я точно не помню, но, кажется, номер ее машины тоже видно. Вот если ее запись выставить...."
"Компьютер загрузился, и мы с Лукьяновым внимательно отсмотрели запись.
– У нее, кажется, iPhone? – спросил Лукьянов.
– Нет. Тоже смартфон с сенсорным экраном, но их сейчас много.
Генерал вытащил свою трубку, по памяти набрал номер и подробно разъяснил, что необходимо сделать.
– Через полчаса найдут, – пообещал он. – Если только не по доверенности водит; тогда может получиться задержка. Но обычно по доверенности ездят мужчины. Женщины, как правило, любят, чтобы машины были оформлены на них, даже если это машина мужа.
Мне оставалось только радоваться, что журналистка обходится со мной так мягко. Вначале я предполагал, что запись делалась для того, чтобы меня шантажировать. А я этого, честно говоря, не люблю. Шантаж – это занятие для чрезвычайно нечистоплотных людей. В действительности дело оказалось гораздо более тонким и сложным...
* * *– Продолжим, – сказал Лукьянов.
