Автор
В одном углу зала тихо обрушивается битва разума и гнева: один человек несет смертельную угрозу, а другой отчаянно пытается сохранить привычное равновесие. Его взгляд острый как нож, а сердце — холодное стекло. Но сейчас стоит все на коне, и это последний шанс заставить говорящего молчать окончательными словами....
Только вот тоже слабоумием страдает, раз вопросы глупые задает.
— Вообще-то при пулевых и ножевых ранениях мы обязаны сообщаться в полицию, если вы не в курсе, — читала лекцию, как детишкам нерадивым, правда, как оказалось, зря.
Недоумки — они в Африке недоумки, с лицами, не отягощенными интеллектом, а также куриным мозгом в головах. Один из имбицилов, стоящий рядом, дернул меня за руку, а в живот мне уперлось что-то твердое.
Хотя понятно, что — другого я от этого контингента и не ожидала. Даже не страшно.
— Дернешься к ментам — пристрелю, — шипел мужик мне на ухо, а я лишь с громким стоном выдохнула.
Н-да, тяжело с ними. Как будто с другой планеты прилетели эти недоумки.
— Ты бы железяку свою убрал, — повернула голову в сторону амбала, встречаясь с ним взглядом. — А то потом проблем не оберешься, придурок.
— Слушай, — он даже в лице поменялся, округляя глаза. — А я тебя вспомнил. Это же тебя мы Феликсу на день рождения в сауну привезли.
— Ты первый списке, — перебила его пламенную речь, не желая вспоминать ни тот день, ни этих идиотов с тупыми физиономиями.
— Каком списке? — мужчина опешил, видимо, и с чувством юмора, и с банальной логикой у него настоящие проблемы.
— Смертников, придурок! — выпалила ему прямо в лицо, уже не сдерживая свой гнев. — Пушку убери, а то… — договорить не успела.
— Рома, ты бы и вправду убрал свою железяку, — услышала довольно приятный мужской голос и повернула голову.
Не такой красавец, как Феликс, но тоже ничего. Ох, как же вы меня достали, гормоны. Какого хрена каждого симпатичного мужика рассматриваете как потенциального кандидата в сексуальные партнеры. Дались они мне — без них так хорошо жилось. Скучно, конечно, зато стабильно.
И никакой тебе нервотрепки, апатии, плохого настроения и воспоминаний. Ну их к черту! Достали уже, сил больше нет!
— Вы кто? — я прищурилась, одергивая руку, так как амбал действительно спрятал ствол и меня отпустил.
— Друг, — мужчина излучал такую ауру уверенности и непробиваемости, что я слегка поежилась. — Близкий, — добавил и кивнул, чтобы я уж наверняка не сомневалась, что спорить с ним бесполезно. — Как он?
— Состояние удовлетворительное, — решила я не испытывать судьбу и дальше, так как мужчина действительно внушал доверие.
