Автор
В одном углу зала тихо обрушивается битва разума и гнева: один человек несет смертельную угрозу, а другой отчаянно пытается сохранить привычное равновесие. Его взгляд острый как нож, а сердце — холодное стекло. Но сейчас стоит все на коне, и это последний шанс заставить говорящего молчать окончательными словами....
— Хреново, — усмехнулся, все еще до конца не веря, что нашел ее.
Или она меня — тут уж с какой стороны посмотреть. В любом случае судьба ко мне благосклонна.
И я этот шанс точно не упущу.
— Что беспокоит? — деловито спросила Малинка, направляясь к моей кровати. — Чуть позже медсестра сделает перевязку.
Ну давай поиграем, малышка, в строгого доктора. Так и быть, согласен сегодня на прилежного пациента. Ненадолго, так как терпением я не обладаю от слова совсем.
— Анжелика Сергеевна, — поддержал я официальный тон, — а может, вы сейчас посмотрите? Что-то ноет очень.
Демонстративно поднял футболку и ткнул пальцем в рану. Еще и скривился, всем своим видом показывая, что еще немного, и в обморок свалюсь. Малинка нахмурилась, чуть закусив губу, а я продолжил, чуть ли стонущим голосом:
— А если я сейчас загнусь? — пауза, на протяжении которой девушка молчала. — Как же клятва Гиппократа, дорогая Анжелика Сергеевна? — и даже в подтверждение попытался сделать мину не просто больного, а сиюминутно умирающего.
Сработало. Надо же, какая впечатлительная Малинка. Хотя сейчас моя грозная докторша лишь тяжело вздыхает, кусая нижнюю губу. Но все-таки подошла ко мне с левой стороны и только тронула край пластыря, как я быстро притянул за затылок ее лицо к своему.
— Какого?.. — начала Малинка, но я не дал ей договорить — тут же нашел ее сочным губам лучшее применение.
Она пискнула мне в рот от неожиданности и почти упала на меня. Рана, падла, заболела еще больше, но похрен.
Я целовал девушку, сжимал волосы на затылке и хотел прямо здесь и сейчас. Даже мой бешеный зверь начал поскуливать, получив ее, пусть и ненадолго.
— Анжелика Сергеевна… — услышал я женский голос и пожелал его обладательнице провалиться сквозь землю. — Ой, извините.
Чуть ослабил хватку, и Малинка тут же отскочила от меня, гневно сверкая глазами, а медсестра уже скрылась за дверью.
— Что ты себе позволяешь?! — ее щеки пылали, а глаза горели, как на пожаре.
"Ну вот, а говорила, что строгий и неприступный врач. Как же легко ее, оказывается вывести из себя. Но так даже интереснее, так как это, моя милая, только начало.
— Нельзя же отказать умирающему в последнем удовольствии, — мое серьезное лицо не позволяло усомниться в моих же словах, что вывело Малинку еще больше.
— Здесь тебе не бордель! — девушка вздернула подбородок, поправляя волосы.
