Автор
В одном углу зала тихо обрушивается битва разума и гнева: один человек несет смертельную угрозу, а другой отчаянно пытается сохранить привычное равновесие. Его взгляд острый как нож, а сердце — холодное стекло. Но сейчас стоит все на коне, и это последний шанс заставить говорящего молчать окончательными словами....
Или мама что-то такое сказала подруге, что та как воды в рот набрала. Ничего, отойдет — расскажет. А сейчас я и сама на разговоры не настроена.
И останавливать меня бесполезно — все равно ведь ни до чего толкового не договоримся.
Мы молча дошли до остановки. Слава Богу, хоть с расспросами Маринка не лезла. Видать точно судьбу ей мамуля нагадала будь здоров, что девушка переваривает информацию, не желая даже любопытство проявлять по поводу появления моего таинственного родственника.
Маринка поцеловала меня в щеку и первой прыгнула в свой автобус, сказав на прощание:
— До завтра.
— Пока, — помахала ей в ответ, улыбаясь.
Провела взглядом отъезжающий автобус, а после закрутила головой по сторонам. При виде больших и черных машин, проезжающих мимо, сердце почему-то начинало биться чаще. Глупости все это — он не приедет. Слава Богу, мой транспорт подошел, а то бы точно косоглазие заработала. Или инфаркт, если бы какой-то из внедорожников вдруг остановился.
— Дурдом «Малинка», — бурчала себе под нос уже во дворе дома и постаралась отвлечься от мыслей о Феликсе до следующей смены.
На работе как-то проще — там они из-за занятости не так одолевают. В итоге весь вечер и следующий день я пролежала с книжкой и почти убедила себя, что вернулась к привычной жизни. Где нет ни этого высокомерного павлина, ни мыслей о нем.
А вечером любимая работа, но сначала остановка."
"И черный внедорожник, который я вчера так долго искала глазами…
— Красавица, садись, подвезу.
И несколько пар глаз уставились на меня, а также на Феликса, выглядывающего в открытое окно.
Вот какого хрена, спрашивается, он снова начинает концерт по заявкам?
Глава 29
Наверное, я покраснела, так как единственное, что не люблю в этой жизни — пристальное внимание к моей скромной персоне. Конечно, можно разозлиться, вспылить и наговорить мужчине кучу гадостей. Главное — стереть эту надменную полуулыбку с его наглой физиономии, но я решила сдержаться.
Не дождется от меня эмоций.
«А тебе действительно безразлично?» — мерзкий внутренний как обычно ерничает в самый неподходящий момент.
— Спасибо, я на автобусе, — процедила сквозь зубы, надеясь, что публика все же потеряет интерес к нашей перепалке.
Бесплатное представление — цирк, одним словом.
Пусть Феликс быстрее свалит, так как “нет” в моем случае больше никогда не станет “да”.
