При самом удачном раскладе управа его обнаружит только к завтрашнему утру, а за это время он казенными бумагами обрастет, как барбоска – блохами. Да, когда будем выводить, пошли вперед пару мальчиков, пусть оглядятся. Что-то у меня на душе щемит… пошли.
Ярко-красное пятно на коричневом полированном столе бросилось ей в глаза с порога. Сделав два шага к столу, она все еще не хотела верить – не бывает таких удач, не бывает таких совпадений…
– Это – что? – спросила она хрипловато.
Обернулся Алентьев:
– Из стола вынули только что, из верхнего ящика…
И продолжал методично вынимать содержимое других ящиков, ни в коей мере не разделяя Дашиной обалделости – ну да, считанные люди знали о красном дневнике…
Она вытянула пинцет из чемоданчика эксперта, захватила уголок толстой пластиковой обложки, перевернула. И вместо законной радости отчего-то испытала легкий иррациональный страх: словно оживало другое прошлое, заокеанское, тридцатилетней давности. Неужели бывают такие вот совпадения?!
На внутренней стороне обложки и первой странице наклеены цветные и черно-белые, аккуратно вырезанные из фотографий фигурки: Мерилин в том самом потрясном платье, Мерилин в короткой юбочке и чулках-сеточках, Мерилин в джинсах и белой блузке, совсем простая девчонка, Мерилин в купальнике зябко ежится на пляже…
Надписи, красиво выведенные разноцветными фломастерами. Сначала имя звезды написано неправильно, «по слуху», надо полагать – Меrilin Моnrо, сколько бы у Риточки ни было достоинств, знание английского среди них не числилось. Потом, должно быть, кто-то просветил или сама наткнулась на правильный вариант. Дальше – в полном соответствии с оригиналом: Маrilym Моnroе.
Даша перевернула несколько страниц. Почерк крупный, не особенно разборчивый. «Балдели на природе». «Элка бесится, но что уж тут поделаешь, радость моя, ангельский должен быть голосок, а не прокуренная сопранка…» «Ненадежность – вот что сводит меня с ума. Мерилин Монро». «Ну никогда я не научусь водить машину!»
– Откуда это у вас? – спросила Даша, отложив пинцет – все было ясно и так.
– Что?
– Не придуривайтесь. Эта тетрадь.
– А я ее первый раз вижу.
– Гражданин допускает неточность, – невыразительно поправил всего навидавшийся Алентьев. – Предмет извлечен на глазах понятых."
"– Особо оформите в протоколе, тщательно опишите, – сказала Даша. – Продемонстрируйте понятым два-три идентификационных признака…
И отрешенно подумала: ни хрена не понимаю. Настолько заврался и уверовал в неприкосновенность фаворита, что держал тетрадь дома… Стоп!
Вновь взялась за пинцет. Ну да, изрядное количество страниц, чуть ли не четверть тетради, исчезло.