Сердитый холод и беспокойный пейзаж создают напряженную атмосферу в "Капкане для Бешеной". Сюрреалистичная шантарская весна обещает множество непредвиденных событий, заставляя героев бежать от аварий и гололеда к следующему приключению.
Галахов, перед коим были разложены сопровождавшие «аналитическую записку» вырезки, аккуратно сложил их стопочкой:
– И только? Для того, чтобы подкрепить вашу версию, как-то маловато. Можно, конечно, сказать, что в виде трупа мы получили весомый аргумент существования некой группы, озабоченной сохранением неких тайн вплоть до наглого применения крайних мер, – но это именно аргумент, а не доказательство.
Даша, вообще-то, уважала коллег и начальников, способных без малейшей запинки построить длинную и сложную фразу, звучавшую как по писаному, но сейчас было не до восторгов.
– Все укладывается в систему…"
"– Укладывается, – сказал Галахов. – Великолепно укладывается. Но скажите вы мне честно: можем мы с этой системой идти в прокуратуру или ФСБ?
– Я бы поостереглась, – сказала Даша честно.
– Я тоже поостерегусь. Не из боязни выставить себя на посмешище, а оттого, что они, располагая нашими «уликами», не продвинутся ни на шаг. А вот утечка вполне может произойти.
– Потому что за всей беготней я так и не успела доложить… – сказала Даша. – Сегодня утром меня остановила некая девица, скорее всего, информатор Воловикова, – и принесла, по ее утверждению, ключик к дискетке… Вот.
– Ох, хочется мне сказать простыми русскими словами… Почему молчали?
– Только сейчас руки дошли… – виновато ответила она.
– Пойдемте проверим.
– К нашим компьютерщикам? – спросила Даша.
Полковник окинул ее непонятным взглядом:
– Начинаете шарахаться от каждого куста?
– Предпочитаю не рисковать, – твердо сказала Даша.
– Что предлагаете? Может, у вас есть компьютер?
– Увы… – развела она руками.
– Он меня знает в лицо?
– По-моему, да.
– Жалко.
