Сердитый холод и беспокойный пейзаж создают напряженную атмосферу в "Капкане для Бешеной". Сюрреалистичная шантарская весна обещает множество непредвиденных событий, заставляя героев бежать от аварий и гололеда к следующему приключению.
Не было никакой возможности остановить старого дурака, вряд ли понимавшего толком, с кем связался, забывшего, сколько ему стукнуло годочков…
…Реконструировать происшедшее удалось довольно быстро, и, ручаться можно, с максимальным приближением к реальности.
Кухарук, бросив трубку, все-таки поперся через сквер, в упомянутый им тупик, который и Даша прекрасно знала – пройдя меж двумя глухими торцами-брандмауэрами довоенных пятиэтажек, попадаешь на небольшой квадратный дворик, образованный двумя бетонными заборами и задами склада бывшего ОРСа речников.
Кухарук, с большой дозой вероятности, вынул свой ствол первым – почти забытый пистолетик ТК, Тульский Коровина калибра 6,35, довольно опасная игрушка при стрельбе в упор. Видимо, собирался героически задержать обоих преследователей и к приезду машины отконвоировать, сдать из рук в руки тепленькими. Топтуны, естественно, среагировали не так, как он ожидал. Что в точности произошло, неизвестно, но это, в принципе, и неважно.
Старикан выстрелил трижды. Две пули достались человеку, занесенному в соответствующие документы как «неустановленное лицо». Третья так и не отыскалась – то ли ушла в «молоко», то ли легко зацепила второго. Каковой и ответил двумя пулями калибра девять миллиметров, после чего, убедившись, должно быть, что Кухарук и его собственный напарник лежат бездыханными, прихватил папку старика и растаял в неизвестности за пару минут до появления милиции.
Как ни крути, а бывший волкодав НКВД-МГБ, разменяв девятый десяток, ухитрился помереть благородной мужской смертью – в перестрелке, с оружием в руке, в боевом азарте… «Дай бог каждому, – с грустным цинизмом подумала Даша. – По крайней мере, не успеваешь понять, что проиграл, – словно молния…»
Наконец-то имелось вещественное доказательство в виде трупа неизвестного – но толку от него было чуть.
– По крайней мере, мы теперь знаем, что за эту вот папочку можно и схлопотать пулю, – сказала Даша.
