Сердитый холод и беспокойный пейзаж создают напряженную атмосферу в "Капкане для Бешеной". Сюрреалистичная шантарская весна обещает множество непредвиденных событий, заставляя героев бежать от аварий и гололеда к следующему приключению.
Загляну и распишу диспозицию…
Глава четвертая
Непонятки
– Поехали… – облегченно вздохнула Даша, когда воловиковская «Волга» плавно отчалила от тротуара.
Аккуратненько выжала сцепление, выждала немного: когда меж ней и машиной шефа оказались три посторонних (а может, и не вполне посторонних) автомобиля, тронулась. Славка расстегнул куртку, чтобы рукоятка «семьдесят первого» была под рукой.
– Не дрыгайся, – сказала она, не поворачивая головы. – Тебе же говорили, пальбы не предвидится.
– Береженого Бог бережет.
Ведущая машина, не дергаясь из ряда в ряд, спокойно катила по бывшему проспекту Сталина, Даша то висела у нее на хвосте в должном отдалении, то пару раз вырывалась вперед, имитируя полную якобы непричастность к той «Волге».
– Кассету достал? – спросила она мимоходом.
– Ага.
– Врубай потихонечку.
Через несколько секунд из динамиков у заднего стекла послышался хрипловатый голос Маргариты Монро, и Даше, как не раз уже было, показалось, что в этом голосе таится легкая насмешка над всем сразу – над окружающими, над жизнью, над собой:
– Нас с Мельпоменой лихо сблизили,творя картонное добро.
– Во что-то грешное одета,развращена чужой весной,она не рвалась стать Джульеттой,но оставалась неземной.
– И чьи-то сказки стали былью,и меч фанерный был в крови,и ангелы теряли крылья,а черти пели о любви…Но занавес закрылся чинно,на части сказку разрубя.Тебе спасибо, Коломбина, —за то, что не было тебя.
"Машина Воловикова замигала левым поворотом, целясь на кривую, извилистую Тиксонскую – в темное время мало кто имел охоту считать тамошние рытвины и колдобины, а посему больше шансов узреть хвост…
– Действительно, – сказала Даша. – Стишки на пару порядков выше «юбочки из плюша». Песенка провалилась?
– Не одна песенка, а весь концерт. Восемь песен.
