В кабинете полыхает искры, когда ты трешь зажигалку — но в другом мире Джо не нуждается в помощи от тьмы. Николаса Тропа уже осмотрел поставщиков собственными глазами, утверждая бизнес под свой контроль. Теперь тебе предстоит взять на себя руководство, решая, каким путем продвигаться дальше. Правда, не все знают, что править кланом — это искусство, требующее осторожности и мудрости....
В ней ничего не было, ни одного предмета, кроме каменного стола, кольца с цепью в стене, железной миски на полу, грязной, ржавой и крана с длинным шлангом. Своеобразный душ. Я присела на корточки и обхватила себя руками. Больше суток без крови… скоро начнет лихорадить, появится слабость и тошнота. Первые признаки голода, первые разрушения клеток. Повысится чувствительность ко всему, включая холод. А здесь холодно. Не просто холодно, а очень холодно. Смертный превратился бы в кусок льда, которыми покрыты стены и потолок.
— Она заговорит. Очень скоро. У него такие методы развязывать языки, которые не снились никому. Виртуоз, мать его, к каждому заключенному свой подход. Никаких сантиментов.
— Помнишь того из черных Львов, англичанина, который его узнал… вроде даже были близки они.
— Которого освежевали и приварили к лицу маску?
— Да, тот кусок мяса, который дохнет и гниет в подвале.
— Тот самый, который кричал ему, напоминая о былой о дружбе и лишился языка?
Они захохотали, а я сжалась от ужаса. Это о моем муже… о Нике. Это он хладнокровное, бесчувственное чудовище. И самое страшное — я ни секунды не сомневалась, что это правда.
Теперь меня мучало двоякое чувство. С одной стороны, та часть меня, которая так хорошо знала Ника… она была уверена, что он не даст мне погибнуть, а вот другая уже сомневалась во всем… Никогда нельзя быть уверенным в Николасе Мокану, особенно если ты уже давно ничего для него не значиш, и, возможно, он лишь играет для тебя определенную роль.
От голода у меня кружилась голова. То зелье, сыворотка, ослабила все мое тело. Я чувствовала, как трясутся руки и ноги, печет горло. Я потеряла счет времени и теперь раскачивалась из стороны в сторону, пытаясь согреться, не прислоняясь к стенам. Я даже не услышала лязг замков, шаги.
""Марианна, подними голову""
Его голос врывался в сознание, и я приподняла тяжелую, свинцовую голову.
""Малыш, как ты? Очнись, родная""
— ВСТАТЬ.
"Я перевела взгляд с Ника на стражей и с трудом, удерживаясь за каменную стену, встала на ноги.
""Ты вся дрожишь. Тебе холодно?""
Я кивнула. Ник прошел вглубь камеры и махнул рукой, давая стражу знак приступать к истязанию. Вжалась в стену, когда один из Нейтралов подошел ко мне и принялся рвать мою одежду. От прикосновения его липких ледяных пальцев по телу прошла дрожь паники и ужаса. Я еще не понимала, что происходит.
