Автор
Журналистка с острым обонянием погружается в закулисье московского парфюмерного мира. Блеск славы сменился забвением, и теперь ей предстоит разобраться в собственной жизни, где каждый запах хранит секреты любви, предательства и разочарования.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Капля духов в открытую рану» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Журналистка с острым обонянием погружается в закулисье московского парфюмерного мира. Блеск славы сменился забвением, и теперь ей предстоит разобраться в собственной жизни, где каждый запах хранит секреты любви, предательства и разочарования.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Журналистка с острым обонянием погружается в закулисье московского парфюмерного мира. Блеск славы сменился забвением, и теперь ей предстоит разобраться в собственной жизни, где каждый запах хранит секреты любви, предательства и разочарования.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но мать мотала головой и пятилась назад. Стыдилась своего лица еще при жизни. Их называли рыжиками – сборщиц гранат, которые работали на местном заводе боеприпасов. От взрывчатого вещества кожа приобретала оранжевый оттенок, волосы становились тыквенными, а руки – грязно-желтыми, с красными дужками под ногтями и вокруг лунок. Мать приходила домой и щеткой до крови терла кожу. Однажды она вернулась раньше времени и, не снимая резиновых сапог, упала на холодный пол.
– Мам, ты чего? – Дашуня наклонилась над ней, втягивая ноздрями привычный запах пороха и костра.
– Ты больше с нами не живешь, – сказала мать.
– Как?
– Кормить тебя больше не буду. Выходи замуж и убирайся.
От ледяной обиды восемнадцатилетняя Дашуня прокусила губу, кинулась в дверь и столкнулась с безумным и поседевшим отцом.
– Мать погибла, – прошептал он синим ртом. – Цех взорвался, рыжее пламя полощет над городом.
– Так вон она лежит… – пролепетала Дашуня.
Отец рванул в комнату, упал на колени и начал сгребать жену с пола, пытаясь прижать к себе. Из его груди вырывался не то плач, не то волчий лающий кашель. Он елозил грязными кургузыми пальцами по ее оранжевым волосам и выл:
– Жива, дура, жива-а-а…
Мать затравленными глазами смотрела на него и тихо стонала:
– Меня выгнали сегодня, Сергуня, с работы выгнали. Без выплаты пособия, я брак выдала, брак. Мы нищие, нищие…
– Вот так и пришлось выйти замуж. За первого попавшегося Юрку, что ухаживал. – Дарья Сергеевна всхлипнула.
– Не любила его, что ли? – спросил Степан.
– Да никого я не любила. Я, Степ, вообще к мужикам равнодушна. Все эти ваши поцелуйчики мокрым ртом, все эти ваши кряхтенья – неинтересно мне все это, Степ! Вот дети – это да. Славочка. Да и Катюша. Души в нем не чаю. То есть в них.
– В нем-то не чаешь, а на дочурку наплевать тебе. – Степан откинулся на спинку стула. – Мне б такую дочурку. Моя-то выросла, в город уехала. Букой была, вся в жену, Царство ей небесное. А твоя – цветочек аленький. Пока ты там сына лечишь, мы весь день вместе. Звенит, как колокольчик, сердце прям радуется. Я уж ее и на лошади катал, и закат встречали, и стол жильцам накрывали. И леденцов купил. И в щечку целовал, и в ручку. Моя она как будто.
Все дни Дарья Сергеевна хлопотала по дому Степана, а когда Славочке нужно было идти к Анне, вопреки ее наказу, доводила сына до ворот целительницы, юркала в калитку, обходила дом сзади и заглядывала в окно, как тогда, в музыкальной школе. Кроме кремовых занавесок с разводами и помпезной хрустальной люстры ничего увидеть она не могла, но напряженно вслушивалась в надежде понять, как идет лечение."
"На последний, пятый сеанс Анна пригласила Славочку к половине пятого вечера, концу приема и концу рабочей недели. Так же водила кинжалом, шептала, срыгивала.
